Перейти у головне меню | на історичні відомості | на зміст

I.

Местонахождение и местоположение Каменца. - Крепостные башни, Лестницы, - Польские ворота, - Памятник 1832 года, - Ветряная БРАМА - Надписи на и развалинах укрепления, - Первое впечатление при въезде в Каменец. - Общий внутренний вид города, Торговая площадь, - Каланча, - Дом Градской Думы, - Страсть к надписям, - Колодезь, - Недостаток воды, - Гунская криница и проект водопровода, - Предположение о каменном мосте и мысль о постройке собора. - Рабочие и разменные столы на площади.

На рубеже России, Австрии и Турции, на дикой обрывистой скале. со всех сторон омываемой мутными водами Смотрича, впадающего в чистый, быстро струйный Днестр, древний Тирас (1), теснится, некогда славный, и ныне малоизвестный Каменец, главный город роскошной Подолии.

Полу разрушившиеся каменные башни, стоящие по обеим сторонам Смотрича, у самого въезда в город по дороге из Киева, робко лепятся к скалам, грустно отражаясь в водах, омывающих их подножие, в былые времена, между обеими башнями существовал подводный проход, остатки коего еще и ныне виднеются, а местное поверье, что ниже башен Смотрич недосягаемо глубок, и что утонувшие в этом месте люди, или брошенные вещи никогда не всплывают на верх, еще более убеждает в существовании этого прохода.

Предание говорит, что на месте одной из этих башен, находящейся на левой стороне Смотрича, была в давние времена церковь, из которой остался только образ Св. фамилии, стоящей теперь на правой стороне Польской Брамы. Последний из бывших в ней священников повесился; с тех тор, ежегодно, накануне Св. Христова Воскресенния
_________________________
(1) Гваным, литовский летописец, название Тирас производит от итальянского слова tirare - стрелять, выражая этим необыкновенную быстроту течения Днестра.
_________________________

слышатся под этими развалинами звуки колоколов и пение жалобным голосом известного ирмоса:

"Векую мя отринул еси от лица Твоего, Свете незаходимый,
и покрыла мя чуждая тьма окаянного",

однако ж окончания этой песни:

"обрати мя к свету заповедей Твоих, пути моя направи, молюся", -никто еще не слыхал".

Ныне, между этими остатками башен, переброшен легкий деревян­ный мостик, для пешеходного сообщения между собственно городом и предместием - Польскими фольварками. Широкие каменные лестницы, имеющие около 400 (четыреста) ступеней, красиво рисуясь по обры­вам екал, представляют довольно удобный и безопасный путь для прохода к мосту, одна часть которого переброшена через Смотрич, а другая у старых польских ворот (2) по самой арке их через ули­цу, того же названия. Насупротив этих ворот, у большого моста, сохранились еще остатки тройной каменной башни, плотно прижав­шейся к стене; но время, вода и святотатственная рука человека, видимо разрушают их. Нижний ряд оконных амбразур этой башни, ма­ло возвышаясь над поверхностью земли, ежегодно затапливается во­дой, которая, проникая во внутрь здания, сильно вредит его проч­ности. После страшных наводнений 1805 и 1806 годов, когда вода Смотрича поднялась, - как это видно по надписям и черным поло­сам, проведенным для памяти на киоте Св. Марии Магдалины, прик­репленном к стене, - почти на 25 или 30 футов выше вод меженного уровня, башня сильно повредилась и даже растреснулась, а на­воднение 1820 и 1837 годов еще более ускорили ее разрушение (3).

Проехав польские ворота, при которых вместо часовых, почти всегда можно найти двух или трех нищих, сидящих под киотом с изображениями св. фамилии, Св. Яна,
_________________________
(2) Ворота эти названы польскими, как говорит предание, пото­му, что при последнем взятии Каменца русскими, Поляки бежали через них из города. Другие же ворота, находящиеся близ жан­дармских казарм, на противоположной стороне Каменца, через которые вошли в город из предместий Карвасар наши войска, названы в память этого события, русскими.
(3) В 1649 году, подобным разрушительным, наводнением р.Смотрича сильно повреждены были укрепления, городские степи и воро­та, как это видно из 3 пункта статей, предложенных от имени ко­роля попом канцлером конвокационному заседанию 1 июня 1649 года, в коей сказано: Zе tег inundаtla Smоtгусе гzеld uszyntela szkode w murach Kamlenleckich, nalporzebnleysza do оЬrоnу роderwala Вrame, zey nа Restauratia iako moze bydz nai predsze koszt lozys. na co juz Р.Роdskarbi ad rationem f.3,000 poslal, zeby on tego, co uczyniei za powodem Kola Imei z milosci ku Oyczyznie swoym nie pryplacicl. Памятники дреевних актов т:1, 1845 год.
_________________________

покровителя странствующих, и св. Марии Магдалины, и жалобным напевом, под аккомпанемент лиры, рассказывающих о давно минувших событиях Подольской Украины.

Мы начали подыматься по узкой и довольно отлогой горе, меж двух каменных стен - природной и искусственной, к так называемой ВЕТРЯНОМ БРАМЕ, получившей это название от постоянно дующего в этом месте ветра и ведущей собственно в Каменец. На полугоре мы заметили дна тяжелых каменных столба, украшенных изображениями, насеченными на белых каменных же плитах, из коих одна представ­ляет герб города Каменца - солнце, по сторонам коего уцелели от­рывки бывшей некогда надписи: РАЕ-. РОС, а ниже буквы А.О. и I.; а другое - двухглавого орла с распростертыми крыльями и означе­нием 1832 года.

Столбы эти, как объяснил мам местный старожил, построены в тридцать втором году, по прекращении возникшего в Варшаве и других местах Польши мятежа, на месте бывших вторых польских ворот, кои по ветхости, при расширении улицы сломаны. Вышеописанная нами каменная плита с изображением солнца была вынута из прежних ворот, а бывшая на ней надпись, по распоряжению местно­го начальства, как- несоответственная духу времени, изглажена; уцелели только те буквы, кои были поглубже вырезаны, и кои про­ведены нами.

Ветряной Брамой называют главные ворота Каменца, находящие­ся между круглой пятиэтажной каменной башней, построенной н 1585 году Стефано Баторием, и смежным укреплением, развалины коего частик” превращены н временный театр, а мрачные и душные подвалы а казармы и слесарные заведения квартирующих в городе войск, частью остаются в прежнем виде. На лицевой стороне ветряной Брамы, обращенной к городу, сделана, на белой каменной доске, красными литерами, следующая латинская надпись, положительно свидетельствующая о времени построения и восстановления ее:

A. D. 1585
Per Steep. Bathory R. P.
conditum, Stanislao Augusto
Regnante Polonis Restauratum. et Auctum.
A. D. 1785.

На чугунной доске, вделанной в наружную стену бывшего укреп­ления, обращенную на Кармелитскую улицу, начертаны слова:

Sub avspicio Serenissini as Potentissimi Principis
Augusti III
Regis Poloniae Magniq: Ducis Lithuaniae
Ac Principis Haereditarii Saxonlae Electoris
illustrissimus Dominus Losephus A Potok
Potockl
Casteianus Cracoviensis
Supremus Exercitium Regnl Dux
Hoc opus incerpit erigere
Postquam Desiit vivere
Filius iIlustrisim, Dns: Stanisia A Potok
Potockl
Palatinus et Generalis Terrarum Kioviae
Tam ductus Gloriae Parentis sul
Quam Amore Patriae
Hoc opus finivit.
Per C.DahIke Goloneilum cor. Artil. Regni
et Prim: Praefect: Archit; Militaris. Anon Domini MDCCLIII.

Надпись эта. безспорно, опровергает народное предание о постройке этого и других подобных укреплений Турками, кои как уви­дим ниже хотя довольно долго владели Каменецем и держались в нем очень сильно, но оставили, сравнительно, немного памятников строительного искусства. По всему видно, что они больше разорили, чем построили.

Описаный нами главный, или лучше, со стороны Киева, единственный въезд в город особливо в темную осеннюю ночь, при ярком свете камфинных фонарей и без численных огоньков мелькающих в окнах многоэтажных домов и бедных лачужек, нецеремонно теснящихся друг подле друга по-над рекой и над обрывами скалы, неволимо поражает путешественника. Вся эта масса строений превра­щается как будто н один колоссальный дворец с десятками этажей, куполов, балконов и колон. Въезд на гору кажется нескончаемым. Ветряная башня представляется колоссом, вершина коего теряется в облаках. Даже мутные волны Смотрича отражая в себе безчисленные ряды огней и звезд, получают какую-то особенную прелесть и величавость. А юго-западное небо, неведомое жителю холодного севера, с мириадами звезд, покрывая нею эту картину безпредельным роскошным шатром, окончательно придает Каменцу такую чарующую прелесть что; кажется; никогда не налюбовался бы им, никогда бы не хотел видеть его иначе. И если бы в эту минуту сладкого очарования. Каменей представился мне в его жалкой действительности, я верно сказал бы, что это другой город. Но описание чувств наших, как и заблуждения мыслей невечны и большей частью скоропроходящи и потому с первым солнечным лучом, с первым шагом на улицу города, мираж моего восторга исчез, я увидел действи­тельность, какой не мог даже подозревать.

Узкие, нечистые улицы, с тротуарами едва удобными для прохода одному, а часто и вовсе без тротуаров, сплошной ряд домов, кото­рые будто бы силятся вытеснить один другой, пестрая смесь дикой и безвкусной претензии на роскошь в постройках и отвращающая бедность и нищета покривившихся на бок лачужек, высокие гонтовые крыши 3-х и 4-х этажных домов с громадными фронтонами и жи­лищами на чердаках, напоминающие старинные немецкие города, че­репица и железо, каменные статуи, кронштейны, карнизы, пилястры, сандраки и разные орнаменты, наконец целые стены домов, построенная из хорошо обделанных плит, добытых из местных гор, и рядом покосившиеся окна и двери приземистых убежищ пролетариев, ветхие, деревянные и светящиеся кровли и падающие стены, ” все эта перемешано с калейдоскопической причудливостью, споряжающей бестолковостью. Глядя на безпрерывно взаимно пересекающиеся улицы Каменца, на повсеместную смесь безобразной громадности и жал­кой нищеты, и в тоже время на очаровательную местность города, как. щедро наделенного всем необходимым для постройки удобных и изящных жилищ, невольно приходишь к грустной мысли, что кроме всетерпящего времени над созданием Каменца никто еще не трудился с заранее обдуманном идеей и с разумно составленным планом. За исключением церквей и немногих общественных зданий, все стройки города носят на себе явный отпечаток полного произвола, дикого безвкусия и совершенного незнания архитектуры. Даже дома, окружающие единственную в городе торговую площадь, без нужды загроможденную несколькими частными строениями и сотней деревянных лавчонок, наполненных разной мелочью, любимым предметом тор­говли жидовского племени, отличаются от домов других улиц лишь своей неуклюжей громадностью, да пестрой лентой безграмотных вывесок.

В ряду этих домов, тот, в котором помещается аптека Петаласа, известная по дороговизне и недоброкачественности отпускаемых ею лекарств, бесспорно лучше других: он 6мл бы даже хорош, если бы в тесном соседстве других домов, не терялась его оригинальность. Дом этот, кроме своей наружности, замечателен еще и тем, что, как видно из польской надписи, вставленной край­не несимметрично в один из пилястров, он служил в 1781 году вре­менным жилищем последнего короля польского Станислава Августа I.V. Понятовского.

Среди площади, у здания, в котором помещается городская дума, возвышается высокая каменная четвероугольная каланча, с высокими балконами и каменными же пирамидальными спицами по углам. Говорят, что до пожара, бывшего в 1816 году, каланча эта имела, кроме существующих, еще два этажа. Дом городской думы, главный фасад коего закрывают деревянные лавочки с черепяными изделиями и разными съестными припасами, обращает на себя внимание тяжелой каменной балюстрадой, тянущейся во всю длину его. На фронтоне до­ма изображено золотое солнце, а на стене” над единственной дверью, на большой красной шиферной доске, колоссальными буквами начертано:

Pro Restaurationis Sumplu, Palatinatui
Podollae Graliludinem inscribll. P. Q.
Camenecensis. Anno Domini MDCCLIV.

Здесь кстати заметить, что в Каменей в высшей степени развита страсть к вычурным украшениям домов изнутри и снаружи и к надписям. Это суетное желание передать о себе известие потомству заразило даже расчетливых Евреев. Многие из них украшают дома свои начертаниями разных изречений, или означением времени постройки и имени строителя. Так над входом в один из винных погребов, построенным в 1846 году. мы прочли известный стих из св. Писания:

Nolite ludicare ut non iudicemini (не судите, да не судимы будете);

а на доме, отличающемся тяжелым безобразным фронтоном:

Сей дом построил
Шлёома Хаимович. 1805 год.

Кроме того, на многих домах встречаются изображения всевидящего ока, разных шифров, звезд, арабесков и тому подобного.

Недалеко от думы, в юго-западном углу площади, находится глубокий, вырубленный в скале колодезь, накрытый большим каменным шатром. К сожалению, он содержится в такой неисправности, что жители города давно уже не пользуются из него водой, питаясь, впрочем, несколько лет тщетной надеждой скорого исправления это­го единственного в городе источника.

В царствование Владислава IV, на варшавском сейме 1638 года, постановлено, чтобы каменецкие мещане доставляли на торговую площадь воду, под опасением взыскания 2.000 червонных злотых; но как сумму эту взнес каменецкий армянин Нурсес, то быть может, на этот капитал и построен описанный нами колодезь.

Предложение это кажется нам вероятнее народного предания о сооружении колодезя Турками.

По неимению в Каменце другого не только общественного, но и частного колодезя, и по невозможности употреблять для питья воду р.Смотрича, наполненную всевозможными текущими из города нечистотами и потому постоянно грязную и зловонную, потребная для питья и других житейских надобностей вода доставляется или из так называемой гуннской криницы (4), находящейся в трех вер­стах от города, считая это расстояние не по прямому пути, а по дороге, удобной для проезда, или же из казенной деревни Жабинец, лежащей в 5 верстах от города на почтовой бессарабской дороге, что и составляет постоянное довольно выгодное занятие некоторых каменецких Евреев и государственных крестьян д. Жабинец, доставляющих воду для казенных и частных домов или помесячно, в известных количествах за плату от 2 до 5 руб. в месяц, или же от 25 до 35 коп. сер. за бочку и от 3 до 6 грошей за коновку, равную по вместимости казенному ведру.

Говорят, что есть предположение провести в город воду из источника, называемого гуннской криницей посредством труб, переброшенных через р. Смотрич с одной скалы на другую: но скоро ли приведется в исполнение это предложение - решит одно время, а между тем; судя по струе воды, естественно отделяющейся от источника гунской креницы, и падающей кристальной лентой в р. Смотрич со скалы, вышиной в 50 футов, успех водопровода не под лежит ни малейшему сомнению. Конечно, с устройством,
_________________________
(4) Название гунской местные археологи производят от Гуннов, будто бы останавливавшихся близ Каменца во время походов грозного Аттилы, прозванного бичом Божиим, но в народа не сохранилось об этом никаких преданий, хотя несомненно, что гунская криница существует с незапамятных времен, и потому предположение это едва можно считать верным.
_________________________

через Смотрич, пока все еще только предполагаемого, каменного моста между городом и Польскими фольварками, доставка воды значительно облегчится, но в ожидании осуществления этого разумного предприятия, желательно бы скорее видеть устройство водопровода, так как в настоящее время приобретение воды - этого первейшего для жиз­ни предмета, поглощает у нашего бедного канцелярского чиновника едва ли не все жалованье, если, разумеется, он или жена его не имеют досуга делать сами ежедневно около верст.

Заговорив о настоящих предположениях, которые не могут еще скоро осуществится, мы находим не лишним упомянуть о бывшем некогда предположении, или по крайней мере о высказанной мысли покойного императора Николая, воздвигнуть посреди описанной мани площади "православную соборную церковь". Выбрать для этого место более удобное и приличное решительно невозможно и потому нам остается только пожалеть, что означенная мысль Государя доселе остается не осуществленной; а между тем было время к тому весьма удобное: это именно 184§ год, когда пожар истребил большую часть грязных еврейских домов, загромождающих площадь и служащих постоянным резервуаром зловония.

Хорошо было бы также, для придания городу внешней чистоты и благоустройства и для избежания нынешний чистоты, уничтожить азиатский обычай ставите перед тротуарами рабочие столики, на которых трудолюбивые, но бедные жидки нецеремонно производят починку зонтиков, лужение самоваров и кастрюль, шитье сапогов, починку старого тряпья, точение ножей и прочие тому подобные мастерства. Более же зажиточные - променивают крупные кредитные билеты на мелкую потертую и обрезанную монету; для чего собственно имеется до тридцать столикой, не считая двух частных банкирских контор, где несмотря на крайний недостаток а городе звонкой нонеты, всегда можно найти порядочный запас ее, заплатив, разумеется, за промен до 10 процентов.

II.

Губернаторская площадь. -Укрепление 1746.- Дом судебных мест 1578 года, надписи. - Городской бульвар. - Сад Витта. Православный собор и семинария. - Армянский костел. - Церковь св. Николая. - Троицкий монастырь. - Архиерейский дом. Доминиканский женский монастырь. - Католический собор. - Турецкий минарет.- Соборные ворота.- Кармелитский монастырь. Церковь св. апостолов Петра и Павла." Доминиканский костел и другие храмы Каменца и предместий его. - Кладбища. Памятник Гацкой.

Кроме орговой или главной площади, расположенной в самом центре города и представляющего вид правильного и довольно обширного квадрата, с проездом на 9 улиц, Каменец имеет еще и другую площадь, называемую губернаторской, которая гораздо длиннее, но зато гораздо уже первой, хотя однако ж и на нее ведут семь улиц и переулков. Губернаторская площадь имела бы хороший вид, если бы не была загромождена слишком выдающимися гауптвахтой и сараем для пожарных инструментов; а также если бы окружающие ее дома то не прятались друг за другом, как испуганные школьники, то не высовывались за черту улицы, как праздные зеваки.
Строющиеся по сторонам площади два трехэтажных дома - один общественный для помещения дворянского депутатского собрания, а другой частный для клуба, пока единственные представители современного архитектурного искусства в Каменце.
На западной стороне площади, кроме развалин укрепления, построенного в 1746 году по повелению Августа Ш, короля польского, от которого уцелели только части стен, обращенных к площади и бульвару с прорезанными в них бойницами, сохранился еще старинный дом, в котором, со времен польского управления, помещались присутственные места, а ныне дворянское депутатское собрание. Уцелевшая над широкими воротами его надпись 1579 года, призывает не судей мир:

1.5.
Dominel conserva nos in pase ----
7.9.

На белой каменной же доске, вставленной в одну из стен бывшего укрепления, красивыми литерами изображено:

Sub Avshicio Serenissimi ас Potenlissimi Avgusti III
Regis Poloniae Mag. DucaL. Lithuanie. Ducis Principis
Haereditarii Saxoniae Electoris Illustrissimus Excellentlssitmus
Dominus Dominus losephus A PotoK Potocki Palantinus Posnaniensis
Exercitium Regni Pol. Supremus Dux Lezaeciensis Sniatiniensis Capitaneus
Hoc opus erigere jussit. Per Christ. Dahlke ColonelI. et.Prim. Praet. Arch. Milit. Re-i
Anno Domini MDCCXLVl.

За стенами укрепления, обнимающими древний дом дворянского депутатского собраний, над обрывами скалы, устроен бульвар, единственное сколько-либо удобное место для прогулки. Жаль однакож, что на нем мало тени и еще менее соблюдается общественных приличий со стороны постоянно толпами теснящихся семейств жидов, являющихся сюда даже с грудным детьми и простого народа, нередко пьяного, бродящего в оборванной и грязной одежде. Жаль так же, что нет порядочных скамей, буфета, цветника и редко слышатся звуки музыки; хотя. как видно из напечатанном в губернских ведомостях 1860 года росписи городских расходов, собственно для под- держания бульвара, ежегодно расходуется, или по крайней мере ассигнуется, 571 руб. 40 коп., кроме 15 руб. отпускаемых для ремонтировки дома садовник. Любопытно знать, сколько уже обошелся городу бyльвap ? Наверно несколько тысяч, а между тем он плох, очень плох и, если выкупает свои недостатки, то это единственно оригинальностью видов на замок, Польские фольварки и окрестности города. Между тем в таком городе, как Каменец, где от тесноты построек, многолюдности, неопрятности, от дикого обыкновения выливать на улицу всякого рода нечистоты, которые, по неимению подземного стока, постоянно струятся по камням мостовой, отделяя убийственные испарения, прогулка на свежем открытом воздухе бульвара составляет уже не роскошь, а первейшую жизненную потребность. Нам кажется, что не только градскому начальству, но и врачебной управе следовало бы смотреть на значение каменецкого бульвара не с другой какой либо, а именно с этой точки.
Кроме бульвара, местом прогулки может служить живописно раскинувшийся у подножия скал, по над р. Смотричем, сад Витта (5), состоящий в ведомстве приказа общественного призрения. Но удобство прогулки в нем умаляется частью по неимению хорошего подъезда, а частью не совсем приятным соседством больницы умалишенных.
На противоположном дому дворянского собрания стороне губернаторской площади, виден купол небольшого, но довольно красивого храма соборной православной церкви. Кем и когда построен храм этот - точных сведений не ммееться, однако ж, несомненно, что он не существовал при взятии Турками Каменца. По 1798 год он принадлежал базильянскому кляштору, а в этом году обращен в православную соборную церковь. Судя по внутреннему устройству, по фасаду, а частью и потому еще, что храм этот обращен алтарем на восток, можно, что он основан православными. Эту догадку подтверждает переданный мне рассказ, что минувшем 1859 году, при исправлении церковного пола, открыт был склеп, в котором между множеством костей, виднелись части церковного облачения какое носит только православное духовенство. Можно, конечно, в подтверждение нашего предположения сослаться и на открытую в пошлом году в алтаре, при левой боковой двери, старинную надгробную надпись , написанную по-славянски вязью; но так как надпись эта, очевидно, неполная, а с другой стороны в Каменце очень часто попадаются не только в храмах, но даже в крепостных стенах и частных домах, вделанные в стены, пол и десницы, древние надгробные памятники с польскими, латинскими, армянскими и славянскими надписями, - очевидно, употребленные как строительный материал, то мы не придаем этой находке особенного
_________________________
(5) Сад этот получил свое название от фамилии прежнего владельца своего, бывшего каменецким комендантом генерала Витта.
_________________________
значения; если же и вносим сведения о ней в наши заметки, то единственно для предостережения будущих исследователей каменецкой старины. Гораздо больше значение имеет надписав вырезанная на черной каменной доске, вделанной в стену под колоссальным гербом князей Кантакузенов, господарей валахских на левом клиросе. Тут читаем следующие слова:

DON
Ioannl Rudolpho Cantacuzeno Primogenito Stephani Ducis
Valachiae hoc monumentum perrenis asnorls et memerlae gratia pos... Ellsabelh comtissa a Beaufremont Consors dolenttissima. Natus hie Prinseps Bucaressti7 Martil A. 1699 Lt Vaiachia. Vltam obiit Lastowcsia i lunil in Polonia 176f …Corporis deposuit in Eccl.S. loan. R. С. Саm. Podol. A Cantacuzenis orientl.. A. 1341 imperantibus ortus
Armis Тиrсаrum amisso imperio in Proavis Dominium Valachiae
et Bessarabiae ad Patrem suum numeravit Eodem exutus integram... vltam in Callia Germania post... in
Polonia conservavit Quisquis es Viatoam fortunae vices adeo Variantis mizeris Constans haes in in terris esse nequit eam in Caells qvaere
(*)

_________________________
(*) Некоторые слова этой надписи переданы очевидно неверно, и потому заменены здесь точками. - Ред.
_________________________

На правом клиросе - надпись на золоченной доске указывает могилу первого архиепископа подольского и брацлавского Иннокентия Полонского, умершего в 1819 году февраля 7 дня.
Ни библиотека соборная, скромно помещающаяся на 2 или 3 полках шкафа, вделанного в нишу, ни ризница не заключают в себе никаких предметов, кои указывали бы на первоначальную судьбу храма. Мне говорили, что образ Иоанна Крестителя, находящийся на правой стороне иконостаса, весьма древнего присьма, но сознаюсь, я не нашел на нем никаких признаков старины.
Два каменных двухэтажных дома собора заняты духовной семинарией. Помещение сея тесно и неудобно.
Недалеко от собора, напротив губернаторского сада находится один из древнейших по времени храмов гор. Каменца: это армянский св. Николаевский костел, бывший в начале греко-армянским, а в 1666 году соединившийся с католическою церковью.
В древнем служебнике костела, написаном по-армянски на пергаменте, сохранилясь армянская же надпись, переведенная на латинский язык:
Hoc missable est pro memoria Ecclesiae S. Nicolai Taumalurgi Pontificis, in urbe Camenecensi scriptum, aera Armenica 798, ac Dominica 1349, in Crimea, in Civitate Surchat (Sudak) manu Domini Stepany presbyteri; post avtem quatraginta quinque annorum scriptionem hos emit Camenecensis Dominus Sinan, filius Chutlubei, deditque promemoria supradictae Ecclesiae S. Nicolai, aera Armenica 847 et Dominica 1349 Augusti 15.
His avtem Dominus Sinan propria sua pecunia aedificavit eamdem Ecclesiam S.Nicolai aera Armenica 847 et Dominica 1398, sicut patet ex diplomate aedificationis ejusdem Ecclesiae, quod conservetur in nostro Magistratu, qoudque incipit sic: Hos meae voluntatis propriaeque confirmationis manuscriptum est Sinani, filii Chutlumbei; т.е.
Служебник этот дан на поминовение в церкви св. Николая чудотворца епископа, в городе Каменце писан эры армянской 798, а христианской 1348 года в Крыму в городе Судак, рукой пресвитера Стефана: а через 45 лет по написании купил его каменецкий господин Синан сын Кутлубея, и дал на поминовение вышеупомянутому храму св. Николая, эры армянской 847, а христианской 1394 года августа 15. Тот же самый Синан собственным иждивением соорудил этот храм св. Николая, эры армянской 847, а христианской 1398 года, как это явствует из акта заклада, сохранившегося в нашем магистрате и так начинающегося: то есть моя воля, утвержденная собственноручно подписом - Санама сына Хутлубея.
Пшездецкий, в сочинении своем Роdolia,Wolyn i Ukraina, возбуждает вопрос: не был ли этот Синан сыном того самого Кутлубея, царька татарского, который погиб в битве с Ольгердом под синими водами? Правда, что период времени протекшего между этой битвой и временем перестройки храма св. Николая, т.е. между 1331 и 1398 годами, не превышает предела человеческой жизни, но нам кажется, что если бы Синам действительно был сыном Кутлубея и попал в плен, то современные деписатели не пропустили бы событие это внести в свои летописи, да и в самой надписи на служебнике, вероятно, было бы о том упомянуто, а между тем Синан называется в ней только господином каменецким.
В небольшой, но замечательной, выбором книг, библиотеке костела, мм заметили, кроме двух частей армянского служебника, написанного отличным почерком на пергамине, черными и красными чернилами, и украшенного множеством розовых фигурных букв и виньеток, еще два толстых фолианта армянской рукописи - жития всех святых, составленного, как видно из вытесненной, на кожанном переплете, надписи, н 1635 году. Жаль, что рукописи эти, в числе других, быть может также замечательных книг, небрежно валяются в пыли, на полу, вместе с прочим хламом.
В сакристии костела обратили наше внимание портреты благотворителей его. Армян - Чайковского, написанный в 1762 году, его жены, 1768 года, и Рожка Богдановича, 1767 года. Все они оправлены в серебряные шестиугольные рамы.
Тут же нашли мы и современный портрет основателя бывшего армянского Благовещенского женского монастыря, обращенного после униатов в св. Николаевскую приходскую церковь: имя его, к сожалению, неизвестно, а из портрета видно, что это был старик лет за 50, с окладистой черной с проседью бородой и обстриженными в кружок волосами. Портрет его первоначально находился в Николаевской церкви, но во время обращения его в православную, передан, вместе с замечательным, по живописи, написанным на медной доске, образом Благовещения, - в описанный нами армянский костел. В нем, кроме изчисленных памятников старимы, мы нашли еще колокол 1622 года, с надписью : Vox mea in Auribus Tuis Domine (6).
Но самую главную достопримечательность и вместе с тем святыню армянского
костела, составляет икона Божей Матери, которая. как говорит предание, вывезена из
_________________________
(6) Предание говорит, что два или десятка лет назад, колокол этот, во время богослужения, упал с колокольни на землю и при падении повредился При осмотре его, равно и при починке никаких особенностей на нём не замечали: но когда он был освящён и начали приступать к поднятию его на прежнее место, сакристен вдруг увидел нём вышеприведенную надпись, начертаную, как бы, чудотворною силою.
_________________________
Турции каким-то Армянином, гораздо раньше постройки нынешнего костела. Во время раззорения Каменца Татарами, в числе прочих сокровищ церковных, увезена ими и икона эта вКрым, а оттуда в Турцию, где она оставалась более 100 лет. Старания каменецких Армян выкупить у Турок плененную ими икону Божей Матери сначала были напрасмгнми, ио после Турки, ослепленные предлагаемым за нее золотом, решили возвратить Армянам сказанную икону, за уплату такого количества золота, - какое она будет весить. Армянин, предлагавший Туркам за икону Божей Матери выкуп, сначала было усомнился, зная, что вес иконы превысит не только все его имущество, но и многих других Армян; но ночью Божья Матерь является ему во сне и разрешает его сомнения тем; что вес иконы ее не превысит одного червонца, что и случилось. Турки, по условию, возвратив Армянам икону, через несколько часов опять ожесточились и, признав силу божью, явленную в весе иконы, за волдшебство, решились опята отнять у Армян икону Божей Матери. И когда они, по этому случаю, ученили за ними погоню, то Армяне, при виде опасности, решились сесть на первое попавшееся на берегу моря испорченное судно, и на нем, под покровительством Божей Матери, спаслись с драгоценною для них иконою. Преследующие же их Турки поглощены морем, не смотря на то,. что они преследовали бегущих Армян на прочном корабле.
Икона эта, до раззорения Каменца Батыем, находилась в древнем армянском Благовещенском монастыре (что ныне Николаевская церковь), оттуда она, очевидно- была и пленена. По возвращении ее из плена, икона эта поставлена во вновь устроенном Синаном Хутлубеем армянском костеле, где и теперь стоит за главным престолом. Серебрянная позлащенная риза Божей Матери и такого же металла корона украшены драгоценными камнями и множёством серебряных привесок, свидетельствующих о чудесах, являемых Божей Матерью усердно прибегающим под святой покров Е ±. Живопись иконы греческая, что свидетельствует и надпись, сделанная готическими буквами на сиянии вокруг божественной головы Божей Матери.
Служение в армянском костеле совершается на армянском языке, для чего употребляются книги, печатанные большей частью в Венеции: в числе их Библия 1733 года отличается особенною изящностью. В настоящее время в Каменце Армян считается около 160 человек, а потому большую часть прихожан этого костела составляют окрестные жители. Многие из них весьма мало, а другие вовсе не знакомы со своим природным языком. Между тем было время, когда Армяне составляли едва ли не главную массу городского народонаселения, занимая вместе с Русскими (православными) ту половину Каменца. которая начинается нынешней губернаторской площадью и оканчивается рекой. У них; кроме описанного нами костела, было еще две церкви, из коих одна Благовещенская, существующая и ныне, построенна в ХII веке, по всей вероятности была первым православным храмом города Каменца и в то же время первой женской обителью. Церковь эта.. вытерпела всевозможные бедствия в тяжкие годы татарских, литовских и турецких набегов и междуусобных распрей сперва великих князей Русских, потом Польши и Козаков, по разорении монастырских зданий, от коих уцелели только части стен с обломками каменных карнизов и кронштейнов, была в 1822 года обращена в униатскую трехпрестольную церковь (7); а в 1840 году воссоединена к православию, удержав название свято-Николаевской. Бывшие в ней престольные образа, древнего письма - Благовещения, св. великомученицы Варвары и Николая чудотворца, как святыня и древность, хранятся первый в армянском костеле, а последний на прежнем месте. В настоящее время церковь эта украшена новым иконостасом и потому, не взирая на темноту и мрачности, приняла более торжественный и
_________________________
(7) Хотя уния проникла в Коменец еще в 1785 году, но унияты в городе этом никогда своего храма не имели, а отправляли богослужение до 1822 года в кармелитском костеле, а с сего времени по 1640 г. в уступленном им от Армян Благовещенском костёле (каплицу). С самого начала костел этот, как видно из резолюции армянской консистории по просьбе каменецких униатов 11 апреля 1822 года, был уступлен им только временно. Причиной же, побудившей униатов перенести свое богослужение из кармелитского в армянский, был спор между ими и котолическим духовенством.
_________________________
храму приличный вид, хотя извне сохранила всю первобытную простоту, тяжесть и бедность архитектуры, как неподдельные признаки давнишней постройки ее, что подтверждается также свидетельством армянских м польских надписей на каменных надгробных плитах, вынутых из пола церковного при замене камня досками, и лежащих ныне на церковном дворе.
Не взирая на то, что Каменец искони 6ыл городом по - преимуществу православным, что он основан Русскими, чему лучшим доказательством служит само название его, что, наконец, в первое годы своего существования, он принадлежал князьям русским и был даже, как увидим ниже, если не стольным, то по крайней мере удельным городом Изьяслава Владимировича, не взирая на все это, число православных храмов в Каменце, сравнительно с числом костелов, весьма не велико, да и те, кроме описанной нами Николаевской церкви, да быть может еще Троицкого монастыря, бедны и не могут считать годы своего существования многими столетиями, как это встречаем мы в других городах Руси. Между тем, было время, и даже не слишком еще отдаленное, когда число православных церквей в Каменце значительно превосходило настоящее. Из плана города; современного владению Турок, видно, что кроме существующих ныне церквей, а 1762 году были еще следующие, коих даже и следов не находим: Никольская, Богородичная, Михайловская, Спасская, Онуфриевская и Рождественская. Подпись же наместника Каменец-Подольского Феодора, на акте 1641 года об избрании львовским епископом Арсения Желиборского, такими словами: Федор наместник Каменца-Подольского с духовенством и 3 братствами, - ясно свидетельствует, что, назад тому более 200 лет, существовали в Каменце, кроме приходских церквей, даже братства, а последние учреждались по преимуществу в местах, где было уже много православных. Члены этого братства были духовные и светские лица, посвятившие себя не только молитве, но служению на пользу ближних; воздвигая церкви, устраивая школы м богодельни, они много споспешествовали утверждению веры, распространению грамотности и просвещения и к облегчению несчастных. Где девались плоды этих добрых деятелей? Кто скажет нам имена их 7 Ответа нет и, вероятно, никогда не будет, а это грустное для каждого верного сына св. православной церкви молчание объясняется лишь теми историческими, кровавыми драмами, которые в продолжении нескольких веков, разыгрывались на землях Подолии. Но при настоящих обстоятельствах пора с большим усердием занятся созиданием православных храмов, что, впрочем, отчасти уже исполняется.
Свято-Троицкий первоклассный (8) монастырь находится недалеко от ветряной брамы и составляет угол квартала, возле которого, с юговосточмой стороны, проходит почтовая улица, а с северо-западной троицкий переулок. Когда и кем основам он, положительно неизвестно (9). Есть только ясное указание на то, что он существовал уже н XVII веке; ибо по взятии Турками в 1672 году Каменца, монастырь этот, вместе с другими церквами и костелами, обращен был султаном Магометом IV в мусульманскую мечеть, в каком виде и оставался до возвращения Подолии Польше, то есть по 1699 год. На плане же города Каменца, снятом а 1672 году (10), он показан в числе многих других, бывших в то время русских церквей, чем самым доказывается, что свято-Троицкий монастырь основан православными.
_________________________
(8) Высочайшим указом 1795 года апреля 12 дня, велено учредить первоклассный монастырь в губернском городе Каменце Подольском, в упраздненном иезуитском кляшторе; но как этот кляштор был тогда под под склад кезвнных вещей, и сверх того в нем помещалис публичные римско-католические школы, то свято-Троицкий монастырь был устроен в базилянском костеле. Иезуитский же клитор был разобран и на место его поставлено здание губернской гимназии.
(9) О времени основания большей части подольских монастырей не имеется основательных сведений, потому что Базиляне, владевшие во времена унии .. из них, захватили все важнейшие монастырские акты. Однакож ..львовских можно найти много актов, касающихся монастырей ..подольских.
(10) ..с этого плана помещен в атлас подольской губернии … 1842 году бывшим военным губернатором города Каменец.. .. гражданским губернатором генерал-майором Флиге.
_________________________
При Базилянах монастырь этот имел фундушевые капиталы, завещанные для него разными владельцами , но по обращении монастыря в православный- наследники завещателей отказались от платежа процентов под тем предлогом, что фундушевые капиталы завещаны были не для православных каменецких монахов, а для Базилян. Настоятель Троицкого монастыря, архимандрит Стефан, в 1809 году завел по этому иск, которым продолжался по 1834 год и, по определению Правительствующего Сената, решен в пользу монастыря, который получил капитала и процентов 22 092 руб. 72 1/2 коп. серебра и 14 019 руб. 6 коп. ассигнациями.
На значительную часть этой суммы, архимандрит Нафанаилг, в 1836 году разширил и исправил монастырский корпус, пристроив к нему двухэтажный каменный флигель с теплой церковью во имя преподобных Антония и Феодосия печерских, а в минувшем 1855 году кончено возобновление холодной церкви.
Ныне, кроме архимандрита и наместника, считается в каменецком монастыре пять иеромонахов, один иеродиакон и 10 послушников.
Одновременно с учреждением Троицкого монастыря и открытием блацлавской и подольской епархии в 1795 году, назначено устроить помещение для архиерея (11) в зданиях упраздненного францисканского кляштора, переведенного в м. Грудке, что однакож продолжалось делаться до 1802 года. В это время преосвященный Иоаникий
_________________________
(11) Первоначальное местоприбывание подольских архиреев было в Свято-Николаевском монастыре в м. Шаргороде, могилевского уезда.
В давние годы владычества великих князей русских, Подолия, а вместе с ней и Каменец, в духовном отношении, находилась в зависимости сперва от киевской, а потом галицкой епархии.
Со времени же присоединения Казимиром Великим Галиции к Польше, Подолия, или по крайней мере польская ее часть, по 1539 год, подчинялись киевской епархии; в этом году король Сигизмунд Август, по просьбе православных жителей Галиции, восстановил галицкую.., а епископом ее повелил именоваться - галицким, львовским и каменецким. Впрочем, преосвященный Авмросий, автор Российской.., замечает, что по нашествии на Галицию Татар, прекратился .. ..галицких епископов и что Галиция с Подолией управлялась.. .. наместниками киевских митрополитов, которые по этому.. .. галицкими и титул сей за собой даже в то время .. .. были особые галицкие епископы. Возникшая в1595 году.. ..разделение подольской церкви, была причиной зависимости ее от разных кафедр. Униятсков духовенство в духовных делах паств своих обращалось к львовским епископам, которые именовались (как видим из истории Унии,-соч. Бантыш-Каменсково, 1795 года) львовским и Каменца-Подольского, иногдо же валицкими, по городу Галичу, что на Подолии Галицкой. Эти же епископы принимали иногда и титил митрополитов валицких. Благочестивое диховвнство. с согласия русс-кого правительства, относилось к переяславским, чврниговским и луцким епископам и к киевским мвтрополитам. в тех случаях, когда они не были из униятов. Доказательством этого могут служить хранящиеся в ризнице каменецкого кафедрального собора антиминсы многих древних церквей подольской епархии, освященные или метрополитами киевскими, или архиереями переяславскими (а). Впрочем, и иниятское духовенство также не постоянно зависело от львовских архиереев. По случаю присоединения Галиции, по первому разделению Польши в 1772 году, к австрийским владениям, подольские унияты, лишились возможности иметь удобные сношения с Львовом, вошедшим в пределы Австрии, подчинились луцким архиреям.
С прасоединением же к России, по второму разделению Польши, последовавшему в 1793 гвду, той часты Подолии, которая носила название Брацлавского воеводства, открыто, повелением императрицы Екатерины II, брацлавская епархия, порученная временному управлению архиепископа минского и изяславского. По окончательном же разделе этого государства в 1795 году, за присоединением к России воеводства Подольского, епархия получила название брацлавской и подольской, а в 199 году, по переименовании брацлавской губернии в каменец-подольскую, она получила обратное наименование, т.е. подольской и брацлавской, под которым существует и ныне.
(а)В кафедральном соборе хранится 45 антиминсов. Почти все они с св. мощами, освящены православными архиереями с 1600 по 1785 год. Из них значащиеся под №№:
1)Освящен Петром Могилою, митроп. киевским и галицким в 1600г.
2) Освящен преосвященным Дионисием Валабаном, киевским, валицким, екзархом св. апостольсково констотинопольскоео трона и всея России митрополитом-того же 1600 года.
3) Освящен преосвященным Антонием винницким, киевским, галицким, екзархом св.апостольского константинопольсково трона и всвя России митрополитом - 1676г.
4) Освящен преосвященным Варлаамом Ясинским, киевским, валщким и всея России митрополитом-1695 года.
5) Освящен, за блавословением св. патриарха Кир Адриана московского и всея России, преосвященным /оанном Максимовичем, черниговским и новгородским- 1697 года.
7) Освящен посвященным Дионисием Жабокрицким, православным епископом луцким и островским, прототрапием и екзархом киевской мшпрополии и архимандритом овручским-1700 года.
11) Освящен преосвященным Арсением Берлом, епископом переяславским и бориспольским-1735 года.
13) Освящен таким же архиепископам Гервасивм-1750 года.
16 и 17) Освящены преосвященным гервасием, епископом переяславским и бориспольским-1758 года.
22, 23, 24, 25, 26, 27) Освящены преосвященным Iовом, епископом переяславским и бориспольским в 1773 году.
_________________________
частью на отпущенные казной суммы, частью на счет доброхотных пожертвовании устроил в этих зданиях две домовые церкви: холодную во имя Успения Божей Матери в нижнем этаже, где при францисканах был костел, и теплую - во имя Преображения Господня в верхнем этаже. Первая из сих церквей в 1835 году, попечением преосвященного Кирилла, украшена куполом, а последняя о6делана внутри и переименована в храм Рождества Христова.
Ризница архиерейского дома, не взирая на недавние учреждение ее, имеет уже несколько замечательных предметов, именно:
1) Большой ручной золотой крест со святыми мощами, украшенный с лицевой стороны драгоценными камнями (8 гранатами, 5 жемчужинами, 2 рубинами и 4 -зернами бирюзы), а с оборота надписью:
"При благочестивом царе, великом князе Иване Васильевиче и преосвященном Макарии матрополит всея России и при благоверной царице, великой княгине Анастасии, сделан был сей крест к Николаю чудотворцу, наместным игуменом Варсонофием, старанием епископа Гурия смоленского и брянского". В круге же надпись: " Лета 7060 апреля 3 дня".
2) Крест серебряный, позлащенный, с рельефными рисунками,весьма древний, как можно заключать по его особенной форме и отделке. Внутри его, как видно из надписей, заключаются са. мощи:
Андрея Первоззванного, Григория Богослова, Георгия мученника, митрополита Ионы, Иоанна Златоустого, мучен. Авсентия, митрополита Филиппа, Иакова Персянина.
3) Серебрянное круглоовальное блюдо с изображениями ; в середине мифологической картины из двух мужеских и двух женских лиц, а на бортах - по направлению большой оси блюда портреты римских императоров Антония и Трояна, а по направлению меньшой философов Сократа и Аристотеля.
В числе хранящихся в ризнице нескольких книг, самая древняя :
Духовный меч и Жезл православия, печатанные а Киеве а 1666 году. Из Евангелии же самое древнее московской печати 1669 года.
Рядом с архиерейским домом находится женский доминиканский монастырь, не предоставляющий ничего замечательного, а не далеко по той же улице, католический Петро - Павловский собор, основание коего относят к 1361 году, к царствованию Людвига Венгерского, получившего от папы, за ревность к католицизму, титул короля русского. Костел этот, по взятии Каменца Турками, был обращен в главную мечеть и при нем устроен из тесанного камня, высокий круглы минарет, стройно вздымающийся далеко выше крыши костела. С высоты минарета ежедневно, в продолжении многих лет, имамы призывали правоверных Турок для молитвы. Наконец, в 1689 году, по возвращении Каменца Польше, бискуп Глинский освятил вновь этот храм и поставил над полумесяцем позлащенное изображение Матери Божей.
На колоне минарета виднеется, вырезанная в 175б году, следующая латинская надпись, передаваемая нами с возможной точностью:

Virgini Matri Delparae Immaculatae urbis Protictrici, effiglem hanc pro suo, et grecis sub consiliando
Auxilio
Niccolaus de S. Temmate te lit. ru
beben S. Episcopus Camenecenala
Podoliae, Praep. Co.. mn. O. ieno. V. E.
…. lae Albaen Rexlt. Anno…S.T.
1. 7. 5. 6.

Кроме этой надписи, на контрафорcе правого угла, от главного входа в костел, изображен небольшой герб, представляющий н щите стрелу, пущенную к верху; внизу ее знак /\ , а по сторонам литеры
L. S., на верху щита - папская тиара и епископский жезл.
Е. С. Внизу -1561 год.
Весь, довольно обширный, двор собора хорошо вымощен 6ольшими каменными плитами, а над главным въездом в него, со стороны торговой площади, построенны в 1781 году, из тесанных белых камней, парадные ворота, тщательно украшенные резьбой и статуями по бокам 4 ангелов, а по средине на высоком пьедестале св. Яна. На кармизе их имеется латинская надпись: Нас intrabat Sta .. slaus Augustus ... rex ... die... XI ... bris, 1781 anno. Ворота эти служат лучшим украшением площади и города, и если бы они не бы ли прислонены к тяжелому и безобразному древнему монастырскому зданию, в котором помещаются присутственные места, то казались бы еще величественнее.
Недалеко от собора, за гимназической площадкой, на той же кармелиткой улице, находится прекрасный кармелитский костел., построенный в первых годах XVII века, старанием подольского подкоморья Мартина Богуша, частью на счет 40,000 злотых- заплаченных народным собранием в вознаграждение за раззоренный Турками прежде бывший кармелитский монастырь, и з материала коего построем ими мост, соединяющий город с крепостью, частью на счет доброхотных подаяний.
На той же улице, близ ветряной брамы, стоит небольшая каченная церковь св. апостолов Петра и Павла. Время постройки ее также неизвестно, хотя, судя по архитектуре, она может быть отнесена к памятникам конца XV или начала XVI века. Во время владычества Турок в Каменце она подверглась общей участи - раззорению. Находящаяся при ней колокольня построена в недавние годы. Замечательных остатков старины ни внутри, ни снаружи храма мы не заметили.
На улице, соединяющей обе городские площади, находится красивой архитектуры костел Доминиканов, воздвигнутый в 1420 году, на месте старого деревянного, постройка коего, по словам Пшездзецкого, относится ко временам князей Кориатовичей.
Этот деревянный костел, во время пожара 1420 года, сгорел из всей утвари его уцелел только образ N Раnnу rozaneowej, почитаемый чудотворным, который и до сего времени в костеле находится.
В 1596 году, усердием Потоцких и Гумейских, доминиканский костел разрушен пристройкой к нему боковых каплиц. В таком виде он, по взятии Каменца, перешел в руки Турок, которые сперва устроили в нем казармы для янычар, а потом обратили в мечеть, и поставили в нем каменную резную кафедру- которая и по ныне на том же месте остается.
Кроме описанных нами кляшторов и костелов, католики имеют еще в самом городе, на углу Губернаторской площади костел Тринитарский, построенный в начале восемнадцатого века, монахи коего высланы сюда из Варшавы с единственной целью - выкупать пленных христиан; а на предместии, Польских фольварках - в доме Грохольского, монастырь Визиток, предназначенный, впрочем, к уничтожению, и кладбищенский костел, построенный в недавние время над киевской почтовой дорогой, рядом с такою же православною церковью. На этом же предместии и на фольварках Русских созидаются новые православные каменные церкви, весьма красивой архитектуры, а на Карвасарах пока остается старая деревянная.
Вот и все христианские храмы в Каменце Подольском.
Кладбища обеих наций богаты изящными памятниками, сделанными почти исключительно из белого известнякового камня, добываемого в здешних горах, на глубине от 30 до 50 футов. Камень этот, при вынтии из недр гор, мягок и потому легко обделывается при употреблении самых простых орудий; но потом, от действия воздуха и влаги, постоянно твердеет и становится желто-сероватым.
На польском кладбище, вдали от семьи других могил и памятников, у самого рва, отделяющего ниву божию от нивы человеческой, белеет одинокая, как сиротка, надломанная колонна, украшенная венком роз. Простая надпись на пьеддестале ее:

HELENA GАСКА
przezywszy lat 19 Zycie skoncyla 12 wrzesni 1852 r.

не говорит прохожему, какое значение в свете имела покойница: но странная уединенность памятника и засохшие букеты цветов, лежащие на пьедестале его, невольно возбуждают любопытство, которое легко удовлетворяется при первом вопросе не только сторожа, но кого-либо из жителей города. Елена Гацкая - это жертва любви и романтизма, добровольно лишившая себя жизни в цвете молодости и красоты, бросившись с высоты описанного нами минарета, на плиты соборной мостовой. Это печальное происшествие еще слишком памятно, и я был свидетелем, как многие, проходя мимо минарета, с видимым ужасом на лице, осеняли себя крестным знамением или подавляли горячую слезу грустного воспоминания. Для меня, как изследователя древностей, происшествие это имело то неприятное последствие, что я никак не мог добиться разрешения взойти на минарет и полюбоваться с него местностями города. Сторож костела боялся и за мою холодную голову.

III.

Городские укрепления.- Русские ворота.- Пороховый погреб. Турецкие бани.- Турецкий моет.- Городские и крепостные ворота.- Замок.- Башенный колодезь.- Гербы и надписи на башнях.- Замковые ворота.- Передовые укрепления. Подэемные сообщения.- Изображение и надпись на оборонительной стене.- Заключение.

Кроме описанных нами в двух первых главах башен и укреплений, из коих первые построены Стефаном Баторием в 1585 году. а последние по повелению Августа III в 1753 и 1756 г., отцом и сыном, - Иосифом и Станиславом Потоцкими, весь город, не взирая на его природную неприступность, от которой, он и получил название: baszta reho Boza zbudowano, поверх отвесных скал, был окружен еще толстыми и высокими каменными стенами, с прорезанными в них, для стрельбы из пушек и ружей, амбразурами и бойницами; остатки этих стен еще и поныне во многих местах сохранилась, в особенности на протяжении между военным госпиталем и домом доктора Бржезинского.
Город имел три вьезда, хорошо защищенные, устроенными при вьездных воротах, или над ними, башнями и другими укреплениями. Со стороны Подолии (по дороге из Киева) были и ныне существуют так называемые ветрянные ворота (Wietrzna Brama), а со стороны Хотина, т.е. Турция - Замковые (Brama Zamkowa). Название это относилось собственно к тем воротам, кои стоят у самого замка,Остальные трое ворот, на этом пути находящиеся, назывались досаль - первые, ближайшие к городу: польскими, латинскими и городскими; вторые, что на мосту - средними, мостовыми и красными, без сомнения, от места нахождения их на мосту, на средине между городскими и замковыми воротами и, наконец, потому, что они выкрашены красной краской; а последние, т. е. четвертые, по счету от Каменца, а первые по дороге от Хотина, первыми замковыми же.
Русские ворота, отделяя город от принадлежащего князю Галицыну м. Карвасар, стоят на берегу р.Смотрича, прислонись двумя башнями к обрыву скалы, на которой разположен город, и входят таким образом в общую цепь окружающих Каменец стен и укреплений. Собстненно на воротах, со стороны города, нет никакой надписи или изображения; но над входом в укрепление, соединяющее надворотную башню стоящей у реки, на черной каменной доске, выпуклыми буквами, изображено:

Нес &. porta
Regie maie-
statis & impen
sis & in & vigilia…
trium & Regum
erecta &.
1 & 7 & 1 & 7 &.

Пшездзицкий читает эту надпись так:

Наеc porta impensis reglae Malestatis Vigilantium Regum erecta. 1717.

А переводить: ta brama kosztem Krolewskiego maiestatu wzniesiona. 1717.Эти ворота иждивением королевского величества воздвигнуты (1717).
Внизу под надисью вделаны н стену рельeфные изображения на таких же камнях: головы какого-то животного (кажется волка, держащего в зубах саламандру) и Георгия Победомосца, поражающего змея, последний барельеф, конечно, представляет древний польский герб города, но что означает первый решить не беремся.
На другой стороне ворот от Карвасар, поверх арки, на двух-аршинной белой каменной доске изображен рельфно, под большой царской короной одноглавый орел, увенчанный подобной же малой короной и держащий одной рукой меч, а в другой - скипедр; на груди его в сердцеобразном щите - шифр из связанных между собой букв: S. A. R. Р., a под гербом A. D. 1770 r.
В верхнем этаже надворотной башни и в промежуточном укреплении помещается цейхгаус жандармской команды, люди которой живут частью в нижнем этаже укрепления, частью в особо устроенном для них доме.
В давние годы русские ворота, в случае надобности, закрывались дубовой, древенчатой решеткой, опускаемой посредством блоков из простенков второго этажа башни, механизм этот существует и в настоящее время.
Кроме собственно ворот, есть еще одна арка, со стороны Карвасар, замыкающая небольшую предворотную площадку, на которую со всех башен обращены прорезы для стрельбы из ружей, но арка эта,. кажется, никогда не закрывалась, и потому воротами считаться не может.
На башне, стоящей у реки, выше балконной двери второго этажа,. также изображен одноглавый орел, но уже другого рисунка, именно с опущенными крыльями, совершенно, впрочем, похожий на виденного мною в пятиэтажной башне; находящейся над обрывом скалы, против школьной улицы. На обеих этих гербах заметна какие-то надписи; но кроме: А. D. 1783 - на пятиэтажной башне, ничего разобрать невозможно. Кажется, впрочем, что надпись можно прочесть так: Станислав Август, король польский, царствовавший, как известно, с 1764 по 1798 год.
Кроме этой башни, между ветряной брамой и русской сохранились еще следы и других, более или менее значительных, укреплений: между которыми можно еще отличить остатки трех круглых башен и одно квадратное укрепление.
Все они построены из больших камней, выломанных в здешних же горах. Толщина стены часто более семи футов, под каждой башней устроены глубокие погреба с прочными сводами. В пятиэтажной же башне подземелье имело два яруса. Из нижнего дверь вела к реке, а из верхнего - в город. Все круглые башни имели конические остроконечные каменные же вершимы, окруженные зубчатым парапетом. Этажи разделялись дубовым дощатым полом, выложеным на такие же балки, укрепленные, кроме заделки концов в стены, железными крючьями, остатки коих, равно как и балок, еще поныне сохранились.
Внизу же над рекой, почти в равном расстоянии от моста и пятиэтажной башни, вполне уцелел большой пороховой погреб, превращенный в кухню здешнего гарнизонного батальона. Над одним из фронтов его, под шифром Станислава Августа, украшенным поверх круглого щита царской короной, вырезано:

Addit vires martі.

а на другом, в щите коего нет никакого изображения, начертано:

Non incavta futuri.

Недалеко от погреба лежат груды старого кирпича и камня: это остатки турецких бань.
Выше, между мостом деревянным, о котором мы упомянули в первой главе, и каменным, о котором мы сейчас скажем, есть также остатки укреплений, а в архиерейском саду - развалины башни превращенные в открытую беседку. Подобное же употреление остатков старины замечено нами и на противоположной стороне города, в саду Бржезинского.
Город соединяется с крепостью или замком узким каменным мостом, через р. Смотрич, построенным Турками во время 27-летнего владычества их в Каменце. Потребный для моста камень взят ими из разрушенного кармелитского монастыря, построенного не задолго перед осадой города, именно в 1623 году; Кристиной Цеклинской из Бялобжеских.
Небольшой монастырь этот находился на западной стороне Каменца, подле нынешнего бульвара, почему и назвали на skatce, следовательно. Туркам было очень удобно обратить камень монастырских стен на сооружение моста. На месте же кармелитского костела они устроили батарею, а погреб, бывший под храмом, обратили в казарму. В последствии здесь была харчевня, а ныне склад бульварного имущества.
Перед, самым вьездом на мост стоит четырехугольная башня с бойницами на все четыре стороны: она-то и называется городскими воротами, а на середине моста находится круглая проездная башня. Стена ее, обращенная к городу, выкрашена красной краской-почему и ворота получили название красных, башня эта затворялась железными, решетчатыми воротами, опускавшимися по уцелевшим еще каменным пазам с верху. Предание говорит, что и ворота эти также были выкрашены красной краской.
Дорога за красными воротами раздвояется, - левая ветвь ее ведет в крепость- мимо входа в глубокое подземелье, которое, по народному сказанию, соединяет Каменец с Хотином, а правая к так называемым замковым воротам, за которыми ветвь эта также делится на двое- одна часта ее ведет между высоких, обложеных тесанным камнем земляных валов в передовое укрепление, а другая, через последние ворота на предместье города Подзамче.
Пройдя, от красных ворот, около двести шагов - по направлению левой оборонительной стенки, обращенной на м. Карвасары и построенной одновременно с правой стеной в 1700 году, - мы, постепенно подымаясь, вошли ма крепостной двор.
Длинная, но довольно узкая, площадка его (12), на которой когда-то стоял костел св. Станислава, в настоящее время ничем не застроена и только остатки фундамента свидетельствуют о бывших зданиях.
_________________________
(12)Длина крепостного или замкового двора 65, а ширина 17 сажень.
Восемь каменных башен и высокие стены, построенные над страшным обрывом скалы, замыкая двор со всех сторон, делают крепость неприступной. В былые времена, она соединилась с передовым укреплением посредством деревянного подьемного моста,- опускаемого, в случае надобности, на высокие каменные столбы.
На первой от ворот двухэтажной башни, имеющий вид правильного четырехугольника и называемой колодцовой, написано с наружной стороны:

1544
Dens
Tibi soli gloria.
lob. Praet. fuilt
Architector.

Башня эта прикрывает вырубленный в цельной скале колодезь, глубиной около 50, а шириной в 7 1/2 аршин, в обоих этажах устроены водоподьемные колеса, приводимые в движение силами людей.
На следующей, т.е. второй круглой башне, находящейся на правой, от входа стороне- нет никаких надписей, но снаружи ее, над окном второго этажа, заметны остатки украшавшего ее герба, имевшего в щите молоток, а сверху его бискупскую шапку и другие атрибуты духовной католической власти.
Третья башня имеет туже форму и размер, как и предыдущая; снаружи ее вполне сохранилась вырезанная на камне, большими выпуклыми буквами, надпись в таких словах:

Turris Creslai
Epi Viadislavi
ensis hujus ca-
stri fundato-
ris impensis est.

Пшездецкий замечает, что упомянутым в сей надписи Креслав z Kurozwek был бискупом ерацлавскигм или киевским и великим коронным канцлером в 1503 году.
Четвертая башня, круглая по форме, но самая огромная по размеру, стоит против ворот. Сторона ее, обращенная к земляным укреплениям, защищена полуциркульной постройкой с многими бойницами. Через эту пристройку 6ыл проход на вышеупомянутый нами мост.
В этой большой башне, как говорит предание, была некогда замковая каплица (церковь). Внутри ее, на вделанном в стену камне, сохранилась еще латинская надпись:
Sacbilu hoc cosesratu est.. г геv... dissimu dnum Martinu Blalobrzez.. del gra Episcopu Camenecen. et Abbaten Gilen. Quod reparavit Gnros Nicola (?) Brzeski de Brzeski Terrarum Podoliae gnralls Capitane (?) ad lavdem Del Onipontents et totulu Scti Michaelis Archageli: A.D. 1.5.7.5. Dedicatio vero .. vivsloc. Pria Dnica St .. s ... S. Celebrari. debet: Michaelis.
Пшемецкий же передает ее в таком, очевидно перефразированном и отчасти неполном и измененном виде:
Sacelim hoc consesratum est per геverendissimum Martinum Blalobrzeski Del gratia Episcopu Camenecensem et Abbaten Genov. Quod reparavit Generosus Nicolaus Brzeski Terrarum Podoliae Generalis Capitaneus, ad laudem Del omnipontentis in titulum S. Michaelis Archageli: A.D. 1.5.7.5.
Сверху камня, на котором вырезана приведенная нами надпись, очевидно, было еще какое-то изображение, или, быть может, тоже надпись. Но этот памятник древности умышленно из стены вынут.
Пятая башня, называемаям, по уцелевшей на ней штукатурке, белой, украшена со стороны обращенной к м.Карвасарам, весьма хорошо сохранившемся гербом, на котором, не взирая на значительную высоту его от земли, мы хорошо рассмотрели в щите - чашу, а выше его бискупскую шапку и крест, соединенный лентой на подобие греческого омофора, с левой стороны щита кольчугу, а с правой меч.
Над входом со двора в нижний этаж этой башни начертано:

Verus. amicu. est. rarior. finice.

Шестая башня не имеет никаких внешних отличий, кроме не широкого, вроде пояса, углубления на всей ее окружности: быть может это потому, что она уже значительно обветшала.
На седьмой прадставлен герб, имеющий в щите, геральдический знак Абдан, на верху же и с боков его - бискупская шапка, лента, жезл и шар.
Наконец, на восьмой, квадратной в основании, восьмиугольной в середине и совершенно круглой в вершине, сохралились следы большого герба, в котором, однакож, кроме папской тиары, мы ничего не могли разобрать.
Над входом же, с крепостного двора, в подземелье башни, на каменном дверном наличнике, изображен небольшой герб, представляющий в продолговатом щите - всадника, поверх щита корона, а по бокам можно еще прочесть буквы:

Р. Р.
G. D.
Р.

Вот всe, что пощадило еще время в некогда грозном и неприступном замке, носившем замечательное название:

Antіmurale Christianitatis.

Литовский летописeц Гваным замечает, что крепость эта имела огромные запасы оружия и была неодолима, а историк Бельский, описывая поход турецкого султана Османа в 1621 году на Каменец говорит, что государь этот, найдя, сверх ожидания, город сильно укрепленным, с видимым удивлением, спросил окружавших его санов-ников: кто соорудил такой крепкий город ? И получив в ответ: сам Бог, - сказал: пусть же Он и берет его, и велел войскам отступать. Такого же мнения о Каменецком замке были и казаки, как это явствует из ответов, спрошенного под пыткой в 1648 году, козака Яремы Кончевича, который, между прочим, обьявил: "что козаки думали о походе под Каменец, но некоторыв отсовывали, говоря, что там ничего не успеем сделать, потому что Бог дал защиту, один Бог и завоюет". Этот несчастный Кончевич, по снятии с него допроса и окончании пытки, по решению кофеденциального суда приговорен к смертной казни (13) .
По возвращении от Турок Каменца, Поляки содержали в этом замке важнейших преступников. С присоединением же Подолия к России, Каменецкий замок начал постепенно терять cвoe значение, что, впрочем, было естественным последствием успехов военного искусства и усовершенствованием огнестрельного оружия. Наконец, в вечно памятный 1812 год, повелением императора Александра Благословенного, Каменецкая крепость упразднена.
Замковые ворота, незамыкая собственно ни описанного нами замка ни вообще крепости, приличнее бы назвать, по их изящнои архитектуре и тщательной постройке, триумфальными, да едва ли они в былое время и не имели такого значения. Эта громадная, чрезвычайно искусно из камня изсеченная королевская корона, так легко покоющаяся на повисшей над портиком ворот королевской же мантии, украшенной шифром из букв S. A. R. Р., этот торжественный смысл надписей, начертанных по обе стороны ворот, из коих первая, окружающая королевский шифр, выражает ту мысль,что

Optimus       Princeps
in pace bella    prospiciens
securitati    pubiicae
MDCCLXXI.

т. е. отличный государь и среди мира думает об общественной безопасности 1771 года. а другая, написанная на карнизе фронтона, со стороны Подзамчья, говорит, что

Felix regnum, guod tempore pacis tractat bеllа,

т. е. счастливо то государство, которое в часы мира готовится к войне,-
все это подтверждает нашу догадку.
Выше карниза, на большой белой каменной доске, уцелели следы бывшей когда-то весьма длинной надписи, но нам нельзя составить ни малейшего понятия о смысле и значении ее. Видно, однакож, что надпись эта стерта не рукой времени, а рукой человека.
Пройдя описанные нами ворота взглянув на увенчанную густой и яркой зеленью восьмиугольную трехэтажную башню, стоящую на берегу Смотрича, едва касаясь основания ворот, с коими видимо она была соединена, мы, миновав последний проезд, пошли меж двух высоких земляных валов, хорошо обложенных тесанным камнем, в передовое укрепление- представлййщае довольно обширную площадку, окруженную с трех сторон двойным рядом валов и рвов. Под залами устроены два широких, но совершенно мрачных проезда во внутрь двора и кроме того четыре тайных выхода на верх.
Пред главным фасадом укрепления проделан в скале не глубокий, но довольно широкий ров, который наполнялся водой, постоянно в изобилии струившейся из-под основания передней стенки, высота которой с наружной стороны равняется высоте почвы. В настоящее время вода струится только в одном месте, но по неочистке родника, в таком количестве, что едва достает ее для окрестных жителей.
Укрепление это, будучи весьма высоко, хорошо защищает замок со стороны Хотина, в прежнее время оно соединялось с замком мостом, переброшенным через отделяющий его обрыв скалы, и подземельными проходами. Первый недавно обрушился, а последние закрыты.
Со стороны Карвасар замок, не взирая нa природную неприступность, окружен оборонительной стенкой, в которой, насупротив основания белой башни, вставлена каменная доска с изображением солнца в лучах и надписью; сверху - sumptus, по сторонам pal pod, а снизу: MDCCLXL.
Вот все, что представляет в настоящее время Каменец пытливому взору ревностного изыскателя. Не имея никаких предварительных сведений об описанных мною предметах, кроме лиш самих кратких, отрывочных и невсегда верных заметок Пшездецкого, я должен был во всем убедится лично, а это не всегда легко и удобно, в особенности, когда дело касается отношения к официальным местам и лицам; но мне посчастливилось кое-как преодолеть эти препятствия. В какой же мере труды мои увенчались успехом, пусть судит читатель, внимакнию коего, для полноты очерка, предлагаю, в следующей главе, Историю Каменца, хотя и краткую, но, по-возможности, обнимающую все периоды его существования.

IV.

Основание Каменца.-Каменец в составе Галицкого княжества.- Осада Каменца половецким ханом Котяном и союзниками.- Взятие его великим князем Ярославом Всеволодовичем.- Разорение Каменца Батыем.- Каменец попадает под власть великих князей литовских.- Правление в Подолии и в особенности в Каменце князей Кориатовичей.- Взятие Каменца Ольгердом.- Состояние православия в Подолии во времена владычества ею князей литовских.- Каменец переходит во власть короля польского Ягеллы (Владислава II).- Ягелло отдает его Витвту.- Князь Федор Кориатович захватывает Каменец и вновь теряет его.-Витовт уступает Каменец Ягелле, но потом вновь получат его.- Свидригайло делается великим князем литовским, но лишившись Каменца, оскорбляет короля, начинает с ним войну и теряет все княжество, а Каменец и Подолия, при правлениии Сигизмунда, переходят под власть Польши.

Основание Каменца теряется в отдаленной древности. По крайней мере никто из летописцев не говорит положительно о времени его заложения, хотя все соглашаются, что он принадлежит к небольшому числу древних городов Подолии. Сказание Стрийковского о том, что князья Кориатовичи, занимаясь однажды охотою, случайно пришли на место, где лежит ныне Каменец, и пленившись положением, построили город,- не больше как сказка; ибо Каменец упоминается летописцами еще в XII веке, хотя нельзя сомневаться в том, что он основан еще раньше.
Не имеет также никакого достоверного основания приурочивание к тому месту, на котором существовал древний город Клепидава, или Петродава, заложеный Даками недалеко отр. Днестра, в пределах нынешней Подольской губернии, хотя предположение это все же более правдоподобно, чем сказка Стрийского; по крайней мере показаное на древних картах, составленных по Птоломею, место нахождения Клепидавы неслишком рознится от местонахождения нынешнего Каменца; но с другой стороны, положительно известно, что в древности существовало несколько городов, в недалеком от нынешнего Каменца расстоянии , из коих многие давно исчезли, не оставив даже истории своего имени. Если же мы будем идти путем одних догадок, то, пожалуй, основываясь на древнем названии одного из принадлежащих Каменцу источников - Гунской кринице, дойдем до времен Аттилы, пребывание коего в этих местах также несомненно.
В древней летописи Политика, принадлежавшей Шлецеру, в числе градов Польских, Каменец показан первым, так: ''А се городы польские: Каменец с городы - Ловец, Бряслав, Соколец, Звенигород, Черкасы; Чермень - новый город, Веница, Скала, Бонота(14).
Нельзя также сомневаться и в том, что Каменей получил если не основаиме, то по крайней мере имя от Русских; будучи заложен на небольшой голой каменист скале, он весьма характеристически назван Каменцем, что на языке Малороссиян значит небольшой камень. Может быть, что первыми жильцами Каменца были и не Русские (т.е. Украинцы), а римские изгнанники, селившиеся, как известно, в приднепровских местнстях Молдавии и Бессарабии, но все же название - Каменец происхождения чисто русского.
В XII веке Каменец входил в состав княжестаа Галицкого.
В 119б году князья Мстислав Мстисланович (сын Мстислава Храброго) и Владимир галицкий, сражаясь с князем волынским Ростиславом Мстиславоввчем, пленили много людей н окрестнстях Каменца, который, спустя 24 года, именно в 1220 г., принадлежал уже Данилу Романовичу.
В 1199 году Каменец был осажден союзными силами Котяна, хана половецкого, князей: черниговского, северского, пинского и туровского и венгерского королевича Андрияна, но благодаря, с одной стороны, неприступной позиции, с другой, ловкой политике князя Данила Романовича, успевшего склонить на свою сторону Котяна, осада не удалась и союзники со стыдом отступили от города.
Между тем в исходе 1239 года, Литва, пользуясь враждой великих князей Ярослава владимирского и Михаила черниговского, и нашестнием на Русь полчищ татарских, напала на области смоленские и произвела в них большие опустошения. Тогда великий князь Ярослав Всеволодович владимирский, пройдя через область московскую к Смоленску, разбив Литву, пленил князя их и отобрал как смолян, так и всю военную добычу, направился к городу Изьяслава - Каменцу, который и взял приступом. Находившийся в это время в Каменце князь, Михаил Всеволодович Чермный-черниговский, едва спасся бегством, а супруга его взята в плен, но по ходатайству кня-зя Данила Романовича галицкого возвращена своему мужу.
В 1240 году князь Михаил черниговский жил в Киеве, и как в то время там не было никого старше и значительнее его, то он и пользовался правами и почестями великокняжескими. Между тем военачальник Батыя, Менгу-Хан потребовал сдачи города. Князь Михаил отказав ему отправился вслед за сыном своим Ростиславом из Утры просить помощи. Татары бросились в погоню за князем, но безуспешно. Разгневанней Батый, всею силою орды своей, напал на Киев и взял его. После чего разведав, что князья Дамило Романович галицкий и Михаил черниговский собирают силы, для сопротивления ему, оставив в Киеве воеводу своего, пошел по дороге на Владимир-Волынский, взял город Коловяжен, избив в нем всех християн, потом напал на принадлежавший в то время князю Изяславу Мстислааовичу Каменец, разбил стены его пороками (15), жителей, не различая пола и возраста, предал смерти, или увел в плен, а город превратил в груду развалин. С этой поры Подолия, подобно другим областям русским, делается жертвою Татар, почти в продолжении 110 лет. В течении этого периода, несчастный Каменец, с горстью жителей, возвратившихся на свои пепелища, не раз подвергался набегам и раазорениям.
Опустошение Подолии татарами было роковым предвестием скорого падения всего галицкого княжества. И действительно, около 1331 года, великий князь литовский Гедимин, все подольские горо да от Червоно-города до Каменца подчинил Литве (16), поручив внукам своим Юрию, Александру, Константину и Федору Кориатовичам
_________________________
(15)стенобитное орудие, которое, до изобретения огнестрельного оружия, заменяло нынешнюю осадную артилерию.
(16) Доказательством владычества литовских князей в Подолии служит грамота Александра Кориотовича от 17 марта 1375 года Подлинник ее, писанный на пергамине, в архиве бывшего доминиканского монастыря в Смотриче. Вот слова грамоты:
"Во имя отца и сына и св. Духа аминь. Мы князь литовский, князь Александр Кориатович, божей милостью князь и господарь подольской земли, чиним ведомо своим листом всякому доброму, ктож на сей лист посмотрит, штож был брат наш князь Юрий Кориатович придал Млин к церкви к матце Божей оу Смотричи, то и мы князь Александр подтверждаем того своим листом. Дали осьмо на веки той Млин и место оу Млина кцеркви и тем мнихом казательного закону; а кого коли исправлют людей к себе оу том месте оу Млина, тые люди дали осьмо им совсем правом; альто штож коли все Боже и земляне будут городтвердиты, тогда тые люди також имеют твердиты город Смотрич; иж то штож коли все земляне имуть дань оу Татор, то серебро имеют також тые люди дати. А по Млину граница горе Смотричом до мосту, а долове Смотричом што дубрава межи Ходорновым селом, тое дубравы половина к Млину, а в поле, где себе прозоруют нивы, то их имеют прислушати, а в сведцы на то: Гришко пан староста подольский, смотрицкий воевода Рогожка, Прокоп Синенко Карабчиевский; а писал листа оу Смотричи после нарожения Божия лета 1375, нашего лета мца марта 17 дня оу день стго Алексея Человека Божия".
(17) Бакота ныне небольшое селение ушицкого уезда подольской губернии.- Смотрич и Хмельник считаются заштатными городами, из коих первый, не имеет особенного городового управления.- Меджибож местечко проскуровского уезда, а Виница уездный город подольской губернии.
_________________________
искать себе владений, что и было ими исполнено. Князья же Кориатовичи возобновили и укрепили прежние города Галиции и Подолии: Теребовль, Скалу, Бакоту и Каменец, а Смотрич, Меджибож, Хмельник, Винницу (17) и другие города построили. Между тем Татары продолжали опустошать Подолию и в 1351 году произвели на нее всеобщее нападение, но быв страшно поражены преемником Гедимина, великим князем Ольгердом, под Синими водами,- навсегда потеряли права свои на этот несчастный край, который, после тяжкого 110 летнего ига, под кротким и благоразумным правлением Кориатовичей, начал быстро заживлять раны свои.
Скоро однакож Юрию Волохи предложили у себя господарство-Александр был вызван в Новогрудок для принятия удела отца своего, а Федор, по смерти четвертого брата Константина, сделался единственным правителем Подолии, распространив владения свои от Брацлава до Покутины (18). Обширность владений внушила Кориато- вичу мысль отложиться от своего дяди, а чтобы легче достигнуть этого, он отдался под покровительство Людовика Венгерского, который не замедлил прислать в Подолию многочисленное войско.
Ольгерд, узнав об измение своего пленника, в том же 1351 году явился в Подолию, взял все укрепленные города: Орацлав, Соколец, Смотрич и Каменец бывшего в этом последнем городе наместника князя Федора заключил в темницу, а Волохам отрубил головы. Нет сомнения, что разгневанный дядя не пощадил бы племянника своего, но тот благовременно, захватив все сокровища, бежал в Венгрию. Таким случаем Подолия присоединилась к Литве и Ольгерд посадил в Каменец воеводой Петра Гастольда, женатого на дочери богатого подольского боярина Бучацкого, представив, однакож, в последствии высшую княжескую власть в Подолии племяннику своему Александру, который дал жителям Каменца разные привилегии, изложенные в грамоте 7 ноября 1374 года (19).
_________________________
(18) Брацлав уездный город подольской губернии. Покутина - нынешняя Буковина.
(19)Stanislaus Augustus Del gratia Rex Poloniae, Magnus Dux Lihtyaniae, Russlae, Vfsoviae, Samogitiae, Kijovlae, Volhyniae, Podoliae, Podiachiae, Livoniae, Smolensciea, Severiae, et Chernichviae.
Significamus praesentibus ilteris Nostris. quorum interest, universis et singulis. Reperiri generali in archivo Metrices Regni librum vulgo intitulatum: transupta literatur Palatinatus Podoliae in conventu Regni generali anno 1564 Varsaviae celebrato per incolas ejusdem Palatinatus productarum, in eoque contineri sub die nona februarii, folio 44, privilegium a civibus Camenecensibus exhibitum tenoris sequentis: Kto na ten list wejrzy jzesmy przyzwaly k sobie mlezcany do Kamienieckiego miasta, a miedzy Muxa y Bohowocza od Tarnawzkiey drogi asz od Korowi ziemle, az Dniestru dalismy k miastu tamim wymlerzie, y dalismy rzeki brzeg Nistru od ujscia Muxe az do ujscia Bokowice. A jeczee krom tego dalismy k miastu pastwy wygon od miejskiey krynice do Muxe, a Muxe doem do xlezich nizo. A kiedy wola wysiedza mieszcanie, maja dawae od lanow po dwadziescia groszy szerokish platu. A sadzle sie im przed swem prawem, przed swemi raicami, a woiewodzie nie trzeba sie w to wstrepowat nic. Jesli bedzie ktory bojarzin albo sluzebnik Kniazi albo ziemianin uczyni ktora wine w miescie, y z tej winy dostoien bedzie smierci mierci mieszcanow, niekarzac, go w kslazece karanie na zamek, niechajze sam Kniaz karze swoie ludzie.jesli bedzie kniasz zemianin albo dworzanin, miec beda sad z mieszaninem, tedy sadzik woiewodzie z woitem; i bedzieti winowal kniasz dworzanin albo ziemianin, niechaj ze wojewoda bierze wine na kniazich judzlach, jesli bedzle mieszcanin winowat trzecla czesc winy, a dwie czesci winy to Kniaz dale ku miastu na pomoc.A jatki sukienne i kramne i szewcze i chlebne, rzeznicze i laznia, to Kniaz odpuscil k miastu, co przyidzie kolwiek pieniedzy z tego, to miastu nalezec ma. Mieszeanom vjcnie miasto dla siebie, jesliby mieszcanie nie chcteli budowac miasta temi pienedzmi, tedy te pienladze od mieszcan zac maja bys dane Kniazlowi w skarb. A cokolwlek sle po grzechu, czezo Boze niedai, az ktory czlowiek Bozym przepuszceniem umrze i z domen wszystek i z zona, woltowi i mieszcanjm dzierzac ten dom rok i szese niedziel, a nic z tego domu nie ruszac, az sie najdzie przirodni jakis iegoplevienia. Za tem rok i za szesc niedziei, jesli sie nie najdzie nikt jego pokolenia, tedy ten dom dac Kniaziu, to na jego woli bedzie, kogo zechce,jego w ten dom posadzi. A wysledziawszy wola dwadziescia lat, mieszcanie maja dawac plat, a woit i mieszcanie maja mnie Kniazia spyiac i byc spryiac i byc sprawiedliwemi i wienemi, a z wojewoda i boiary i z dworzany bycz nami wespol przy zlym i przy dobrym i maja byc pomocnicy i uczynkiem i slowem i przyiaznia i moca i rada bez wszelakiej chitrosci. Pisan ten list na zamku w Kamencu 1374 od Djzego Narodzenia mieiaca Lutego 7 dnia w dzen S. jana Krzciciela. Jacobus Chaczinski consul camenecensis accepit literas superins scriptas.
Quod ejusmodi Privilegium, prout in praefato libro continetur. Nos rescribi et Parti requirenti authentice extradi permisimus. In quorum fidem Sigilium Regni praesehtis est appressum. Datum Varsaviae decima octava Mensis novembris Anno Domini milisimo septingentesimo octuogesimo. Regni vero nostridecimo septimo.

Antt. Okecki E.P. Relatio Jiirmi Excelmi et Rdn. Dui Antonii
S.R.Canc:             Onupliril de Okecie
L.S.                            Okecki.
                              Eppi Posnanen et Varsaviae supraemi
Regni Cancellaril
          Joannes Slominski M.R.
   Praefectus S.R. Mtis
Secretarius

Privilegium civitatis Camenecen, in revisione literarum Anno 1564 exhibitum.

Оригинал этой грамоты хранится в числе прежних актов в государственном архиве. в делах же магистрата каменецкого находится только извлечение из писанного в 1780г., за подписом канцлера Океицкого.
_________________________
С этой поры Подолия а с нею и Каменец, в течении 102 лет принадлежали князьям литовским, хотя Польша во все это времяне оставляет видов своих на Подолию, основывая домогательства свои на мнимых правах, которые передал Людовику Венгерскому изменивший Ольгерду Федор Кориатович. Права эти Ядвигою, как наследницей Людовика, перенесены были на своего мужа Ягелла. Под владычеством литовских князей Подолия забыла на некоторое время несчастия, причиненные ей игом татарским. При князьях этих начали возникать в ней новые города и населения. Ожил дух народа, а с этим вместе ожила гражданская деятельность его. Самая вера православная нашла себе ревностных покровителей в этих князьях. Кориатовичи были христиане- греческого закона, они до того простирали ревность к православию, что когда Казимир Великий одному из них, именно Константину, предложил после себя корону с тем, чтобы он перешел в латинскую веруб Константин, не желая сделаться отступником, отверг лестное для себя предложение польского короля (20). Ольгерд хотя был язычником, но по своим родственным связям с русскими князьями не только не преследовал православной веры, но даже уважал ее. Сын же его Свидригайло, по словам Длугоша, даже из латинской веры перешел в греческую. Вообще должно заметить, что при князьях литовских как во всей Подолии, так и в Каменце православная вера была господствующей. К этому времени и относится построение тех многих православных церквей Каменца, которые существовали в нем, не взирая на последующие неблагоприятные события, даже до раззорения города Турками. Если же польские летописцы и говорят, что в половине XIV столетия явилось в Каменце католическое епископство, основанное по велению Людовика Венгерского, то судя по разногласным показаниям их относительно времени этого события, должно думать, что учреждение католического епскопства относится к позднейшему времени, именно, когда уже Польша начала приобретать некоторое влияние на Подолию. Впрочем, первые каменецкие епископы, по свидетельству тех летописцев, были не что иное, как суффраганы, или викарии епископов краковских, и, по крайней мере до присоединения
_________________________
Извлечение это приведено нами выше, и заимствовано из сочинения Пшездецкого.
(20) Стрыйковский, стр.446.
_________________________
Подолии к Польше, не имели и не могли иметь к ней, как стране православной, ни одного подвластного себе костела.
В 1386 году великий князь литовский Ягелло, женясь на пятнадцатилетней дочери короля Людовика Ядвиге и вступав, под именем Владислава II, на престол польский, отдал Подолию брату своему Витовту.
В 1395 году князь Федор Кориатоаич II-й, не желая потерять права свои на эту страну, затерся сперва в Брацлаве, а потом, увидев невозможносто выдержать в нем, по слабости укрепления, осаду, перешел в Каменец, где, подкрепленный Волками и надеясь на недоступность крепости, храбро защищался. Но вследствие возникшего между Подольцами и Волохами несогласия, разбит, захвачен в плен и отправлен в Вильну. Наместник Федора Ностиц изгнан, а Каменец вместе с Подолиею обращены в литовскую область и поручены управлению великокняжеских наместников.
В следующем 1396 году честолюбивая Ядвига, боясь усиления власти Литовцев в Подолии, и считая страну эту некоторым образом наследственною для себя, по причинам, о которых мы сказали уже выше, настояла над королем, чтобы он отобрал у брата своего Витовта Подолню с замками: Каменцем, Смотричем и Червоно-городом. Витовт согласился на требование короля, но с тем, чтобы он возвратил ему 46.000 злотых, употребленных на издержки при отражении Татар. В казне Ядвиги на было такой суммы денег и потому король занял их у воеводы краковского, отдав ему, в обеспечение платежа, четыре подольских замка, а в числе их и Каменец. Недовольная сделкой этой, Ядвига заставила короля отдать краковскому воеводе, в замен замков, Силсезкие земли, что и было исполно. С этого времени Камемвц, в течении нескольких лет, находился под управлением королевских воевод и старост.
В 1401 году король Владислав II Ягелло назначил в наместники Подолии брата своего Свидригайла, но этот беспокойный князь, забыв родственные отношения к королю и увлекаемый властолюбием, соединясь с крестоносцами, поднял оружие против собственного отечества, но, будучи разбит, долго скитался без власти и славы,пока наконец братолюбивый Ягелло не сжалился над ним и не отдал ему Подолию в ленное владение. Этот снисходительный поступок короля и брата не удовлетворил беспокойного Свидригайла, и он снова перешел на сторону крестоносцев. Тогда справедливо раздраженный король отнял у него Подолию и Каменец, который сильно укрепив, поручил управлению Петра Шафранца.
В 1402 году Витовт вновь принял Подолию под свою защиту и управление, но по смерти его, в 1430 году, Свидригайло достиг наконец великокняжества литовского, и скоро заплатил черной неблагодарностью королю за многократное братское снисхождение его. Несчастный король был схвачем им и заключен в тюрьму. Свита его окружена толпой вооруженных Литовцев, которые не только с ней, но и с самим королем обходились крайне грубо и жестоко. Этот поступок повел к междоусобным войнам, причинившим краю много вреда.
Немедленно по смерти Витовта, имевшего поместья в Подолии, некоторые из польских вельмож, именно: Павел, епископ каменецкий, Григорий Кердей, братья Бучацкие м многие другие, собрав своих людей, прибыли к Каменцу и, пригласив в свой стан хитростию городского старосту Довгерда, взяли его под стражу, а замок Каменецкнй объявили принадлежащим королю. Узнав об этом событии Свидригайло пришел в такую ярость, что тот час же бросился в покои Короля, прибывшего в Виль-но, собственно для совершения обряда возведения Свияригайла на великокняжеский литовский престол, и осыпав оранью и угрозами, схватил за бороду. Много труда стоило приближенным прекратить эту родственно-царскую ссору. Свидригайло успокоился только тогда, когда положено было оставить Каменец во временном его владении, впредь до разбора прав Польши на Подолию. Оставляя Вильну, Король послал к Михаилу бучацкому повеление немедленно сдать Камемец и всю Подолию командированному Свидригайлом русскому воеводе Николаю Баб. Вместе с Бабой был отправлен в Каменец, Тарлсо Заклика, слуге которого придворные короля тайно вручили большую восковую свечу для передачи ее Бучацкому; немедленно по приезде в Каменец, поручив сказать: "что если, ему Бучацкому, нужно что-нибудь найти и если он не хочет обмануться, то пусть посветит этой свечой". Слуга с религиозной набожностью исполнил данное ему поручение, не подозревая в нем никаких хитростей, но Бучацкий, поняв тайное значение подарка, разломал свечу и, найдя в ней записку:
"Что хотя король отправляет Тарлу с повелением отдать Литовцам Каменец; но это делает не по доброй воле, а из опасения попасть в тюрьму, за тем для отвращения очевидного вреда короне польской, не следует исполнять повеления, а напротив, нужно взять под стражу Тарлу и князя Бабу, самому же быть осторожным",- Поступил сообразно этому наставлению.
Тогда Свидригайло обратился к оружию, и пригласив Александра, воеводу волошского, огнем и мечом опустошил окрестности каменецкие. С этой поры вражда между Литвой и Польшею еще более усилилась. Интригам и заговорам не было ни меры, ни конца.
В 1433 году король Владислав отнял, наконец, у Свидригайла все литовское княжество и посадил на его место брата, стародубскогоа князя Сигизмунда, обязавшегося уступить Подолию с Каменцем Польше.

V.

Новая попытка Свидригайла овладеть Каменцем.- Притензии Литвы на Подолию и возшествие на польский пристол Кязымира-- Каменец, в заклад у Бучацкого.- Неудачные осады Каменца в 1474 году Татарами, в в 1478 - Турками.- Неудавшееся нападение на Каменец волошского господаря Богдана.-Участие Папы в сооружении Каменецкой крепости.- Поражение Татар под Каменцем.- История внутреннего его устройства.- Привилегии королей, данные русским, Полякам и Армянам в городе живущим.- Права Жидов.- Новое поражение Татар и Турок под Каменцем.- Самонадеянность Поляков.- Уния и последствия ее.

По смерти Ягелло взошел на польский престол юный Владслав III, кончивший жизнь свою на 21 году в сражении с Турками под Варной. В царствование его Свидригайло пытался было еще раз добыть Каменец, но не имел успеха. По смерти Владислава, Литва вновь начала присваивать себе Подолию и Волынь. Это повело к новым беспорядкам, и брат Владислава Казимир, как великий князь литовский, в течении двух лет отказывался от польской короны; наконец, в 1447 году, благодаря истинной привязанности малопольских жителей к дому Ягеллов, получил ее и короновался в Кракове. С этой поры, в летописях не находим никаких особенно-замечательных событий в судьбе Каменца. Известно только, что он поступил и закладное владение наследников Федора Бучацкого, от коих в 1453 году, по повелению короля, был выкуплен и укреплен.
В 1474 году, Татары, под предводительством хама Айдара, пыта лись было взять Каменец, но не имели в том успеха, в чем. конечно, Каменец более обязан природной неприступности, чем заботливости польского правительства, которое хотя и посылало войска свои на защиту Подолии от набегов татарских, и хотя не раз орды были поражены войсками королевскими, но последствием битв этих, при неурядице внутреннего правления, были лишь бесчисленные могилы, коими усеяны поля Подолии, а жители ее не переставали страдать.
В 1476 году Турки пошли по стопам своих единоверцев и коварных друзей - Татар и, взяв Хотин, переправились через Днестр, с намерением захватить Каменец, но подоспевшие во время войска польские спасли город, который с этой поры более и более укреплялся и увеличивался, привлекая под защиту стен своих множество шляхты, добровольно жертвовавшей частью достояния своего на укрепление города.
Еще не успели бедные жители Каменца оправится от страха, внушенного им безпрестанными нападениями Татар и Турок, еще не забыли они ряд мсждуособных бранен между князьями литовскими и королями польскими, как новая гроза начала собираться над ними из-за днепровского края.
В 1500 году волошский господарь Богдан осадил Каменец, но воинственный гетман Николай Каменецкий не только отразил иападение и разбил войска государя, но принудил его самого к подданству. Захваченным же в плен 50 волошским боярам приказал, среди города, отрубить топором головы, в отмщение за подобнмйй поступок Богдана с Поляками, взятыми за несколько времени Волохами при Теребовле.
Эта блистательная победа еще более возвысила в глазах польского правительства значение Каменецкой крепости начавшей уже обращать на себя внимание даже и других государств.
В 1516 году Папа Лев, желая оказать защиту значительно увеличивавшемуся на счет благословения других наций католическому населению города, и сооруженным в нем храмах, определить даже часть собранной тогда милостыни на сооружение стен в Каменце. Не от этого ли обстоятельства и названа в последствии Каменецкая Крепость: Anlimurale Christianitas, и не этим лн следует обьяснить странность украшения башен крепостного замка папской тиарой, бискупскими шапками, жезлами, крестами, чашей и другими символами религии и духовной католической власти ?
В 1528 году была, кажется,, последняя замечательная битва под стенами Каменца, в которой, королевские ротмистры Яславский и Скрицкмй разбили отряд Татар. С этой поры, почти в течении ста лет, Каменец был свободен от вторжения Турок и Татар, что позволило Стефану Баторию еще более укрепить город и почти воссоздать крепость и замок, описанный нами в Ш главе.
Столь предположительный период безопасности со стороны внешних врагов дал Каменцу возможность укрепиться внутренно, украсить город приличными зданиями, развить торговлю и устроить управление, в чем, при разноплеменности жителей города - население коего составляли Русские, Армяне и Поляки, давно уже ощущалась особенная надобность.
Вот главнейшие памятники из отеческой заботливости :
В 1432 году Владислав II Ягелло подтвердия войту Каменецкому права магдебурские. Как очень часто между шляхтой старостами возникали споры, которые доходили даже до короля, то посему, для разбора сих дел, Сигизмунд 1, в 1518 году, принужден был назначить коммисию, составленную из примаса Яна Ласка, бискупа киевского Мацея Древикого, воеводы краковского Кристофа Шидловского и великого гетьмана коронного Николая Фарлея, которая, рассмотрев взаимные претензии шляхты и мещан, определила: чтобы мещане каменецкие от каждого воза клади, из Турции привезенной, давали старосте по одному камню: чтобы Жиды, по селам и деревням вокруг Камемца не перекупали живности; чтобы староста соблюдал справедливость между Волхами и мещанами, также как и между шляхтой; дабы поселяющиеся в городе и записывающиеся в мещанство свободно пользовались местными правами, наконец, чтобы мещане имели полную свободу рубить лес соседних имений, по силе давних прав и привилегий. Постановление коммисии король утвердил вполне.
В 1491 году Казимир IV, из рода Ягеллов, обращая внимание, что русские жители каменецкие, от незаботливости назначаемых от короны войтов, подвергаются притеснениям, жилища их тесны и обветшалы,- что это обстоятельство грозит даже вредом всему городу, повелел, дабы Русские, впредь до дальнейшего повеления, сами избирали себе войта из своего народа своей религии, с правом, в случае надобности, отрешать его от должности. Но в тоже время войт этот имел право судить Русских во всех делах на основании собственных их законов - "z prawem miecza". За тем Русские избавлены от всякого влияния воевод, кастельянов, старост и иных королеских урядников. Войт русский мог также приводить к присяге без возного. Его суду подлежали не только все Русские, живущие в пределах королевства, но даже и те, которые из-за границы приезжали.
Первым Русским каменецким войтом был некто Николай из Пястржиц.
В 1496 году Iоаyy Альбрехт, принимая в уважение, что Каменец, находясь на "pograniczu роganskiem", подтвержден большим несчастиям и нападкам неприятелей, милостиво подтвердил Армянам каменецким все прежние льготы, данные им от королей и князей, дозво лил им также судится собственным правом, посредством своих же войтов во всех делах, не обращаясь ни в какой земский или городовой суд (21).
_________________________
(21) Оригинал этой привилегии, писанный на пергамине, хранится в магистрате каменецком. Содержание ее такое: Johunies Albertus gratia Rex Poloniae.
Significamus tenore quibus expedit, universis praesentibus et futuris. Quomodo civitali nostra Cameneczenci que temporibus gravibus et formidine hostium proemitur, et lunquom in confinis Regniet in conspect u Poganorum site, gratiose prospitientes ad instanten Armenorum incolarmo Civitatis ejusdem Camenecensis petitionem, ut tom civitas quam ipsi in juribus suis a predecessoribus nostris Regibus, Principibus, Ducibus et dominis Regni Poloniae juste et legitimequomodocumque prefatis Armenis datis et concessis, no gratia ad idaccedentis conserventur. Illis quod potiantur, gaudeant et utifruantur. Nos itaque volentes Armenos prafatos in iisdem juribus eorum firmiter manuteneri et inviolabiliter observari quemadmodum ad antecessoribus in hactenus sunt tenti etconservari. Volumus etiam, ut ipsi Armeni coram Advocato eorum et non alibi, jure ipsorum, pro quibuscumque causis et rebus unicuique respondeant et illis convincantur. Si vero per quempiam ad quodcumque judicim Terestre vel Costrence evocati, seu quibuseorum de ipsorum jure evocatus fuerit, ex tunc illis minime respondere tenebuntur. in cujus rei testimonium Signetum Sandomiriae, feria tertia in vigilia Epiphaniae dni, Anno ejusdem Millesimo quadringentesimo nonagesimo sexto, Regni vero nostri Anno quarto.
Commissii propria
Regie Maiestatis sub signeta
_________________________
В 1502 году король Александр, на сейме в Кракове, подтвердил все привилегии Армян. Тоже сделал Сигизмунд I в 1507 году. а Сигизмунд Август в 1548 году на сейме в Пиотркове.
В 1543 году, согласно просьбе каменецких мещан, король Сигизмунд дал указ Влодку, старосте каменецкому, чтобы Турки и Волохи, занимающиеся торговлей, не ездили через город, чтобы шляхта, имеющая дома в Каменце, не уклонялась от платежа податей и исполнения домовых повинностей.
В 1548 году Сигизмунд Август, на сейме пиотрковского, оставил до времени все привилегии Казимира, данные Русским.
В 1552 году на краковском сейме, тот же король, сходно просьбе русского войта Назара Григоровича, на вечные времена освободил Русских от суда польских бурмис-тров и ратманов, что в прежних привилегиях не было с надлежащею точностью обьяснено. С неудовольствием приняли Поляки такую явную милость короля к Русским, почему, не взирая на помянутую привилегий, бурмистры и ратманы этого народа несильно подчинили Русских своему суду, что заставило, наконец, русского войта вновь обратиться с просьбой к королю, Вследствии чего, и 1557 году, на сейме варшавском, Сигизмунд Август повелел - за нарушение прав русских каменецких войтов, взыскивать с бурмистра и ратманов Каменца в штраф по 14 гривень. Не взнрая на эту меру, Поляки всеми средствами старались угнетать русское народонаселение. Однако Генрих Валуа, Стефан Баторий и Сигизмунд Ш все прежние привилегии их подтвердили, а последний повелел даже, чтобы апелляция на решение войта подавались только в суды ассессорские.
В 1552 году Армяне подали просьбу Сигизмунду Августу о даровании им, наравне с другими обывателями Каменца, отбывающими одинаковые повиммости и подати, прав в производстве торговли, варения пива, сицения меда и продажи всяких напитков, в чем того же года и получили, на сейме пиотрковском полное разрешение.
В 1553 году, тот же король, принимая в уважение бедность Каменца, служащего первым оплотом и первой твердыней королевстна-согласно определению краковского сейма, позволил всем обитателям его, как римского, так греческого и армянского -закона, производить торговлю всеми товарами, прогонять по всему королевству стада скота, без платежа пошлины и гильдий. Однакож мещане каменецкие, прикрываясь привилегией, не имели права транспортировать, под своим именем, чужие товары или прогонять стада под опасением потери товара и конфискации имущества.
В 1567 году, на сейме в Пиотркове, с утверждения короля, постановлено, чтобы сотники, ротмистры и коменданты города и замка каменецкого не занимали в домах Армян квартир ни для себя, ни для солдат, исключая военного времени, когда число войск змачительно умножится.
В 1574 году, Генрих Валуа подтвердил все прежние привилегии Армян, наказал старостам каменецким,. бурмистрам и ратманам, что бы они не привлекали Армян к своему суду, а предоставляли бы им судиттся собственными войтами и лавниками, с правом апелляции в суды ассессорские.
В 1576 году, Стефан Баторий, в числе прежних привилегий, предоставнл Армянам свободное право ежегодного избрания войта и 4 присяжных лавников. Этот же король подтвердил также общий местный обычай Каменца: бить и продавать по субботам мясо крупного и мелкого скота, а по понедельникам, вторникам, средам и четвергам бить и продавать мясо баранов, овец и коз.
В 1594 году, Сигизмунд III сравнял город Каменец в правах, привилегиях и вольностях с г.Львовом.
В 1604 году, во время бывшего в Каменце пожара, сгорела армянская ратуша. Король Сигизмунд ,согласно просьбе Армян, дозволил им выстроить новую, каменную, исключительно для помещения в ней собственного суда, освободив здание это от военного постоя.
В 1614 году Армяне построили собственными средствами каменную больницу для бедных, но не имея средств содержать ее, обратились к милости короля Сигизмумда III, который повелел, чтобы каждый Армянин, ведущий торговлю, при выезде из города, или при возвращении из Турции, платил по 3 польских гроша на больницу, чтобы каждый резник армянский платил для тойже надобности по 2 гроша от зарезанной им большой и один гр. от малой скотины, наконец, чтобы от каждой, провозимой через русскую браму фуры дров, бралось для тойже цели по одному полену. Милость, конечно, небольшая, ибо источник ее проведен из того же кармана, который следовало бы пополнить, но при скудности, в тогдашнюю пору, казны королевской, и эта мера заслуживает похвалу.
В1618 году, желая предупредить частые пожары, улучшить и на будущее время обеспечить от того город, тот же Сигизмунд повелел городовым властям побуждать богатых обывателей к постойке каменных домов, а бедных к продаже своих мест более зажиточному.
В 1633 году, Владислав IV, на коронном сейме уволил мещан каменецких от платежа пограничных пошлин за такое количество ввозимых и вывозимых товаров, стоимость коих не превышает 300 злотых. Однако, привилегия эта, по поводу возникших злоупотреблений в 1643 году отменена.
Жиды в ту пору не составляли еще особого народа в Каменце, так как с древних вре-мен им запрешемо было поселиться в этом городе. Уже в 1447 году каменецкий староста Павел Цемержинский объявил через возного приказ: чтобы ни один жид, даже прохожий не смел более 3 дней оставаться в Каменце, под опасением виселицы, а передерживающие их в домах владельцы подвергались взысканию 14 гривен штрафа.
В царствование Сигизмунда I в 1543 году, вследствие жалоб каменецких мещан, что жыды скупают по окрестным селениям всю живность, последовал королевским указ, воспрещающий жидам подобную торговлю под тяжким, за ослушание, наказанием,
В царствование Iоанна Казимира, во яремя местных смут, жиды ближайших местечек искали убежища в Камемце и, узнав приязнь тамошних людей, исходатайствовали себе от короля позволение жить и торговать в нем. Но по возникшим жалобам всех трех наций каменецких. король Iоанн Казимир принужден был рескриппт отменить, что последовало 15 сентя6ря 1654 года. С тем вместе повелено каменецкому старосте Николаю Потоцкому выгнать жидов из города под штрафом 1000 червонных. Не спешили, однанож, жидки с выступлением и в 1665 году последовал новый указ коммисии, назначенной для обслевдования причин упадка города, которым велено жидам немедленно из Каменца выйти и даже за городом, для продажи домов своих, не жить более 12 недель. Вскоре Каменец взят был Турками;но жидки не проиграли на этом, ибо издавна находились в связях с этими разрушителями Каменца. Уже в 1502 году султан Баязет писал королю Александру об отдачи жене жида Мошки, повешенного в Каменце за шпионство, оставшегося после него имения,
Пока Каменец, пользуясь столетним миром, малу по малу залечивал раны, полученные им в прежние бедственные годы, пока он, благодаря заботливости королей, укреплялся и украшался внутренно и наружно, с востока и юга начала собираться над ним туча татарских и турецких полчищ; но святая покровительница города, вняв общему усердному молению жителей, отвратила еще на некоторое время грозившие городу беды, и пламенные желания Татар взять Каменец в 1621 году и Турок в 1633 году не имели успеха. При чем последние, не взирая на то, что армия их была впятеро сильнее польской, имевшей, под начальством великого коронного гетвмана Станислава Конецпольского, только 11.000, разбиты наголову, в виду стен Каменца, и лишились охоты делать впредь набеги на. польские владения. С этой поры Поляки начали на самом деле думать, что Каменец, подобно Кодаку, есть такая твердыня, о которую разобьются усилия целого света. При таких понятиях. за стенами крепости его, они делались необходимо храбрыми, а особенности, когда неприятель 6ыл еще далеко, или вовсе его не было. С этого же времени на укрепление Каменца обращено еще большее внимание, и народное сословие обязало короля Владислава IV, при самом вступлении его на престол, силнее прежнего укрепить город. Однако, последующие события доказали Полякам, что для защиты мало одних стен, да пушек, а нужно еще единодушие и личная благоразумная храбрости, чего, как показывает история, часто у них не доставало.
Уния, возникшая в 1595 году по проискам Пап, с наружным смирением нещадивших крови христиан, для удовлетворения своих властолюбивых замыслов, была первыми семенами, брошенными на поле будущих войн казацких, послуживших, как известно к гибели Польши.
История Каменца тесно связана с событиями, возникшими от введения в Подолии и вообще Украине унии, а потому мы удержим несколько внимание наше на этом предмете.
Вскоре по обнародовании унии (22), повсеместно, куда только проникала эта ново-
_______________________
(22) По случаю этого замечательного события была выбита в Риме медаль, на которой с одной стороны представлено было поясное изображение Папы Климента VIII, а сдругой тот же Папа сидит на троне, а перед ним падающий ниц Россиянин; внизу же подпись: Rutheenic receptis 1598 года, т.е. на присоединение Россиян. См. Истории Мало-Россия соч. Бантышь-Каневского, часть 1, примечание 115.
_________________________
изобретенная религия, воздвигнуты гонения на благочетивых, как называли себя в то время православные. Так как поводом к притеснению их служила религия, то естественно, что православное духовенство первое испытало всевозможные обиды и поругания. Новопоставленные патриархом епископы, преследуемые почти на каждом шагу своего духовного пути правительством, издавна к вере греческой не расположенным, не смели являться к своим кафедрам, которые заняты были униатскими архиереями. Священники же, непринявшые унии, подвергались всевозможным истязаниям, и не только лишались мест и прав своих, но часто даже самой жизни. Подобным образом было поступаемо и с русским дворянством, не преклонившимся пред непогрешимой святостью Папы и пребывавшим в православии, Их подвергали публичным оскорблениям, не допускали к общественным должностям, заключали в темницы, лишали прав состояния и нередко жизни. Последствием таким срашных гонений было, между прочим, то нещасное явление, что многие из дворян, для сохранений жизни самой и для мирских выгод, пожертвовали религиозными убеждениями, приняли уиию, и в свою очередь сделались гонителями прежних своих собратий. Можно судить после этого, какова была участь меньшей братии нашей - поселить, держащихся веры предков своих. Проповедники унии часто затруднялись в придумывании способов глумления над ними. Их бесчеловечно мучили, терзали и нередко даже употребляли в работы, приличные скотам. Римское духовенство разезжало по селениям Малоросси для понуждения к униатству, запрягала в свои длинные повозки по 12 и более челсвек, для прислуги же брало красивейших девиц (23).
Преследуя благочестивых, униаты и сотрудники их католики не пощадили даже храмов господних, коих незадолго перед тем первое из них сами приносили бескровную жертву. Церкви были заперты, или, большего поругания отдавались в аренду жидам (24), которые брали за каждое служение от 1 до 5 талеров, а за крещение
_________________________
(23) См. историческое известие об унии. Соч. Бантыш-Каменского. Москва, 1795 года.
(24) См. Памятники древних актов. Киев, 1845 года.
_________________________
и похороны от 1 до 5 злотых; иногда же храмы обращались в питейные дома. От этого много людей родилось, жило и умерло без соблюдения установленных нашей Церковью треб. и таинств.
Евреи и Татары, жившие в Польше, пользовались полной свободой богослужения, между тем как благочестивые христьяне, даже и в таких епархиях, которые унии не приняли, не смели публично совершать крестных ходов, ни даже провожать тела умерших, или собираться для богослужения. Таким образом Сигизмунд Ш обратил до двух миллионов (25) Русских или к унии или к латинскому обряду.
Наконец, на сейме 1396 года постановлено поголовное истребление Козаков - этих лучших воинов, коими болезненная Польша только и держалась.
Русские сановники, движимые духом благочестия и сострадания к бедным стоив собратьям, неоднократно представляли королям и сеймам жалобы, в которых подробно изображали бедственное состояние православного русского народа, угнетаемого униатами. Даже благоразумейшие из Поляков, сознавая всю неправду поступков своего духовенства советовали удерживаться от неумеренной ревности в распространении унии, доходившей до того, например у Иосфата Кунцезвча, архиепископа Полоцкого, поплатившегося жизнью (26), что он советовал даже изгнать из отечества всех Русских не униа тов, подобно тому, как сделал некогда то Филипп Ш с Маврами, а между тем не униатов, предназначавшихся к изгнанию, было 400.000 !
_________________________
(25) История государства польского. Соч. Бантке, часть II. С.-Петербург, 1830 год. Известие об унии, Бантыш-Каменского.
(26) Дорого заплатили Русские за этот необдуманный поступок витебской черни. Гонение на них воздвигнуто было повсеместно в ужасающих размерах. Сам Папа Урбань VIII, в письме своем к Сигизмунду, попросил не щадить ни огня ни меча для поражения еретиков. Ferro igitur atque igne abstinere Rex potontissime non debes sentiat haeresis non deesse eruentis sceleribus supplicia.-Униаты причислили Кунцевича к святым Римской Церкви, и вместо мощей его показывают в городе Белой статую, сделанную из воска. См. Историю об Унии, стр.85. Энгель, стр.123.
_________________________
Не взирая на все это, жалобы и протесты или вовсе отвергались, или принимались с холодностью и отлагались для разбора на следующих сеймах. Сановники, осмелившиеся защищать истину, попадали в немилости, как это постигло знаменитого н первого поборника православия, киевского воеводу князя -Острожского (27); другие теряли свое звание и нередко даже предавались казне, как государственные изменники и бунтовщики. Так гетман Косинскмй, за протест против введения унии, в 1595 году, обманом был приглашен в Брест-Литовский, а там схвачен и замурован при одном кляшторе в каменнаш столб. Гетман же Наливайко, будучи подобным коварным образом приглашен в Варшаву, под предлогом присут ствования на сейме, по прибытии туда, сперва был брошен в тюрьму, а потом бесчеловечно на площади, в расскаленном медном баке, вместе с полковниками: Лободою, Мазепою и Кизимом, сожжен; а гетьману Павлюку, также взятому в плен обманом, живому содрали с головы кожу, набили ее мякиной и выставили на сваи в Чигирине, в 1597 году.
С несчастным же гетьманом Остраницей и тридцатью семью первейшими Малороссиянами, предательски захваченными не в пылу битвы и не с оружием в руках, а в стенах Каневского монастыря, среди молите, мстительные Поляки поступили еще бесчеловечнее. Гетвмам Остраница, генеральный обозный Сурмила и полковники Недрыгайло, Боюн и Рындыч, после тщетном и неуместной попытки римского духовенства - обратить их и других в католицизм, были колесованы: им переломали сначала руки и ноги потом медленно тя нули из них по колесам жилы до самой кончины. Полковники: Гайдаревский, Бушрам, Запалый и обозные: Кизим и Сучевский пробиты железными спицами насквозь и подняты живые на сваи. Ессаулы: Постылич, Гарунь, Сутяга, Недобай, Харкевич, Чудак, Чурай и сотники: Чупрына, Околович, Сокальский, Мирович и Ворожбит прибиты гвоздями к доскам, облиты смолою и сожжены. Хорунжие: Могилянский, Загреба, Скрибило, Ахтырка, Потурай, Бурлей и Загнидеба растерзаны железными лапами. Остальные старшины четвертованы.
_________________________
(27) См. Киевлянин, 1840г.
_________________________
Такие и подобные им зверские и бесчеловечные поступки властей польских с поборниками православия и защитниками народа русскоого, естественно привели благочестивых к тому страшному ожесточению и к той непреодолимой жажде мести, которые угашаются только кровью врагов. Обе Украины - южная и западная, находи- лись именно в таком раздраженном и оскорбленном состоянии, когда, для спасения этого несчастного края и для наказания надменности и клятвопреступности Поляков, явился Богдан Хмельницкий.

VI.

Просьба гетьмана Барабаша к королю Владиславу и его ответ.- Захват письма короля Хмельницкого.- Первые победы Хмельницкого и взятие Каменца.- Тревожное состояние Каменца и Подолии.- Письмо судьи подольского к подкоморию львовскому из Каменца о состоянии этого города.- Обращение Хмельницкого к королю и вельможам польским.- Смерть Владислава.- Новая война по вступлении на престол Казимира.- Гетьман Потоцкий располагает свои войска под Каменцем.- Зверские поступки его в этом городе с православными.- Первая осада Каменца Татарами и отрядом коэаков в 1651 году.-Вторая осада его Тимофеем Хмельницким в 1652 году.- Восстание Дорошенка.- Турция обьявляет Польше войну.- Медаль, выбитая по этому случаю в Варшаве.- Осада и взятие Каменца Турками, Татарами и козаками.- Геройский поступок Немца, командовавшего каменецким гарнизоном.- Условие сдачи Каменца.- Действия в нем Турок.-3алучьская пещера.- Бучацкий мир.- Победа Собеского над Турками у Хотина.- Неудачная осада королевичем Яковом Каменца.- Внезапное нападение на Каменец великого коронного гетмана.- Новая победа польских войск над отрядами Татар у Каменца.- Восшествие на престол короля Августа II и возвращение по Карловицкому трактату Каменца и Подолии Подолии Польше.- Медаль на этот случай.- Новые привилегии жителям Каменца.- Восстание гайдамаков.- Учреждение польскими помещиками народной милиции.- Усмирение и казнь гайдамаков.- Каменец возвращается России.

Состоя при гетмане Барабаше генеральным писарем, Хмельницкий знал о всех неистовствах Поляков и их достойных сотрудников -униатов и жидов. Сердце юного героя, будущего избавителя Малороссии, при каждом известии о притеснениях и оскорблениях родного края, обливанось кровью: он кипел местью; но не имея средств пособить родине, то предавался яростному отчаянию, то обращался к молитве, не переставая, однакож, настаивать над слабым и преданным Полякам гетманом Барабашем, чтобы он попытался обратиться еще раз к защите доброго короля Владислава, ис.кренне любимого и уважаемого всеми эго подданными. Наконец, Барабаш, вняв настоятельной просьбе Хмельницкого, написал к королю жалобу о чинимых православным обидах и притеснениях и просил защиты. На просьбу эту король отвечал письмом, заключавшемся этими достопамятными словами: "Когда вы есте воины добрые, саблю и силу имеете, кто же вам за себя стать воспрещается (28).
Барабаш, зная пылкость Хмельницкого и раздраженное состояние народа и Козаков, не хотел обнародовать этот ответ короля, хорошо предвидя, какие ужасные последствия повлекло бы за собою объявление его. Но Хмельницкий, воспользовавшись пирушкой по случаю крестин своего сына, на которой Барабаш, напившись до пьяна, заснул, снял с руки его перстень, с изображением знаков гетманского достоинства и, отправив его ночью в Чигирим к гетьманше, захватил, этим способом, все секретные бумаги, а в том числе и письмо Владислава. Имея в руках разрешение короля защищать народ русский силою оружия, Хмельницким смело поднял знамя мести и свободы и кровь Поляков и униатов и жидов потекла реками в обеих Украинах, а наиболее в Подолии и Волыни, сделавшихся главным театром междоусобной брани и мести народной.
Взяв крепость Кудак, которую Поляки считали неприступною, Хмельницкий обратил наскоро собранные свои силы на отряд гетмана Потоцкого и, разбив его при Желтых Водах (в екатеринославской губернии), где также погиб и Потоцкий, обе-обезславивший имя свое, коварным поступком с гетманом Павлюком, напал на Каменец и подверг эту твердыню, эту скалу польской славы и гордости, так долго противостоявшую Туркам и Татарам, участи Кудака, доказав этим справедливость слов своих, сказанных некогда при осмотре последней крепости: "что все созданное руками человека может им же быть ра.ззорено".
Не имея надобности в крепостях, и не находя даже возможности удерживать их за собою, Хмельницкий, бросив Каменец и разсеяв собравшиеся было для защиты его польские войска, направил отряды свои в разные места Украины, для очищения ее от Поляков.
_________________________
(28)См.История Малороссия,соч.Бантыш-Каменского.Часть I, стр.232.
_________________________
Между тем, брошенный Поляками город находился в постояном трепете, боясь нового, столь же неожиданного, как не неотразимого удара Хмельницкого. Польские власти, незадолго гордые и самонадеянные, впали в малодушие и робость, не вовремя сознавая, что сами причиной постигающего их бедствия. Так Лука Мясковский, судья подольский, писал еще 2 апреля 1648 года из Бара (29) к пану канцлеру коронному: "Хмельницкий сильно укрепляется полисадом и рвами, на неприступном острове Буцке, провианту в изобилии; есть и пороховой запас. Он желает того, чего и прежде желал, и сверх того. чтобы ни один Лях не был старшиною в запорожском войске. Вот чего наделали жадность полковников и тиранское с козаками обхождение ! Прибавлю, что с ними будет продолжительная и трудная война". Пан синдик львовский, в письме своем к одному из придворных, 4 июля 1648 года, начатом словами: "их(т.е. войска польские) преследовал свирепый неприятель, слишком гордый своими успехами, тогда как наши (я принужден уже признать это спрраведливмм) лишены были благоразумных распоряжений. Некоторые; замечая вражду начальников между собою, другие, поражены паническим страхом, не без предичвствия предвидели какое-то великое несчастье''. Воевода же брацлавский, в письме своем к канцеру коронному, от 9 августа, изображает еще ярче определеннее ужас Поляков, вот его слова: "на всех напал такой страх, что не только неприятель одерживает верх, видя что никто не смеет смотреть ему в глаза и что обращаются в бегство; но даже крестьяне-холопы издеваються над нами, и потому вся чернь, присоединяется к тем войскам холопским,. козачьим или разбойничьим".
С приближением, в октябре 1б48 года, отряда Хмельницкого к Каменцу, жители города пришли в ужас, хотя на этот раз Хмельницкий и не думал брать город, а удовольствовался только тем, что лишил Поляков возможности набирать в ближайших селениях рекрут и отвлек войска республики от мест, ближайших к Днестру. Судья по- дольский, в письме своем из Каменца от 27 октября 1648 года к пану подкоморию львовскому писанном цифрами, и отправленном из опасения, чтобы оно не попало в руки рыскавших под самым городом козаков, чрез Волошскую землю и Семиградскую область на Краков, выражался так; "Умоляем о спасении и подкрепления вас людьми и сьестными припасами, потому что, находясь в осаде, мы имеем мало и того и другого. Осталось только три деревни, которые доставляют рекрут. Жиды околевают с голоду, нищета ужасная, камни досельне обтесаны, дома, церкви перед воротами не снесены, на валах в замке нет парапетов, пушкарей немного, город полон измены, пехоту составляет издавна коварная Русь, даже Армяне и католики бунтуют, перетерпывая угнетения от солдат, и уходят; нет ни каганцов, ни смоляных бочек на случай сильного штурма. По крайний мере, вы, друзья наши, сжальтесь над нами".
Пользуясь таким первым успехом, Хмельницкий послал к королю Владиславу и чинам Республики самое трогательное представление, с наложением причин, побудивших, его к поднятию оружия, заключив эго такими словами: "И так, обращаюсь к тебе, найяснейший король, справедливый и любимый монарх наш, обращаюсь и к вам советникам его и всем вельможам польским: бойтесь бога милосердного, истребите в сердцах, ваших питаемую к нам издавна вражду и злобу несправедливую и только для собственных народов ваших гибельную; восстановите в них мир и тишину, да прославит он вас за дела наши ! Сие единственно от вас зависит, а я всегда готов исполнить то, что долг и обязанность к Богу и народу от меня требуют". Хан же крымский приложил к письму гетмана записку: "Помыслите сами, до чего довело вас высокомерие! Прощайте и ожидайте нас скоро в Варшаве и Кракове".
На послание это не было никакого ответа, между тем богобоязливый Владислав умер от яда, поднесенного ему, как говорит один малороссийский летописец, по приказанию примаса, рукой королевского духовника. Узнав об этом, гетман Хмельницкий зарыдал горько и велел по всем церквам править панахиды о душе королевской и в поминальных субботниках вписать имя Владислава, пострадавшего правды ради и за народ благочестивый.
Вступивший на польский престол Iоанн-Казимир, в 1649 году, обьявил посполитное рушение на козаков и их гетмана - Хмельницкого. Началась новая, еще более жестокая война, но после поражения польской армии, сперва под Сбаражем, а после под Зборовым, где сам Король несколько раз был окружаем козаками и Татарами, но по предварительному приказанию Хмельницкого никто к нему не прикасался, заключен был, 7 сентября 1649 года, выгодный для козаков и постыдный для Польши мир. Но он продолжался недолго. В следующем же 1650 году король велел гетману Николаю Потоцкому расположиться под Каменцем и 6ыть в готовности выступить против козаков. И когда Хмельницкии спросил его: для кахой цели расположил лагери свои в мирное время у Каменца-Подольского: то Потоцкий отвечал, что по древнему обычаю, Поляки содержат во всякое время готовое войско на границах. Но королевство, возразил посланец Хмельницкого Кравченко, не имеет надобности в этом страже, быв ограждемо защитой казаков. Какие это защитники, отвечал Потоцким, когда допускают поселянам оскорблять помещиков, потом прибавил: я расположился здесь по приказанию короля и без его повеления не сниму лагеря. Кравченко уехал, а Потоцкий излил свою безсильную ярость над несчасными жителями Каменца, исповедовавшими греческую веру. Многие из них, по напрасному обвинению в измене, четвертованы, другие посажены на кол, иным обрезаны уши и нос. Эти-то последние, явясь к Хмельницкому, громко вопили о мщении.
Весною 1651 года Татары и отряд козаков, под начальством есаула Демка и писаря Тетери, осадили Каменец, благовременно, по распоряжению гетмана Мартина Калиновского, усиленный значительным гарнизоном. На этот раз город спасен только тем, что Хмельницкий, обращая силы свои противу короля, выступившего из Варшавы 10 апреля и собравшего до 100.000 войска, велел снять осаду Каменца, что и последовало 19 мая.
Наконец, после битвы 1 и 2 апреля 1652 года под Батогом, или Батовым, где отряд гетмана Калиновского разбит наголову и где вместе с гетманом погиб цвет польского воинства, Хмельницкий снова обратился к Каменцу, но осадил его на этот раз, кажется, собственно для обеспечения бракосочетания сына своего Тимофея с Розандой, дочерью Луппулы, господаря валашского. Для ведения осады Каменца, Тимофей вызван из Валахии. Жители Каменца были в большом страхе, хотя гарнизон крепости и был усилен четырьмя хоругвями; с одной стороны угрожали им осаждающие, с другой - появившаяся в окрестностях чума, а с третьей наконец, при недостаке провианта и при затруднительности в доставке его из зачумленных мест, голод. За отсутствием старосты Потоцкого, гарнизоном командовал некто Моравицкий, не желая с одной стороны напрасно подвергать войска свои огню крепости, а с другой стороны не имея особой надобности и желания взять Каменец, отправил через одного польского пленного шляхтича к бургомистру, ратманам, войту, лавникам и жителям предложение о сдаче города 6ез боя, обещая им в этом случаю милость и покровительство, но полу-чив отказ, хотя и сделал несколько честных атак, бесполезных для осаждавших, но тягостных для осаждаемых, по случаю вкравшейся в обозе его чумы, к неописанной радости короля и всей Польши, а к досаде Турок и Татар, поспешно снял осаду города.
Этим оканчивается прямое участие Каменца в войнах Хмельницкого и город этот, в продолжении следующих двадцати лет, остается покойным, в ожидании злополучнейшей участи.
Как ни сильны были данные Хмельницким Полякам уроки разумного и человеколюбивого обращения с народом украинским, но они скоро забыли их, и в гетманство властолюбивого Дорошенка начали повторяться прежние притеснения и несправедливости.
3 мая 1671 года, преследуемый Поляками Дорошенко обратился с просьбой к царю Алексею Михайловичу о принятии его в подданство России, изложив в своем письме те бедствия, какие претерпевал народ заднепровской Украинаы от Поляков и униатов; но получив через царских бояр ответ; "'чтобы он для блага Украины, согласно андрусовскому миру, находился в подданстве короля польского",- обратился под защиту турецкого султана Магомета IV, уверив его,что при разстроенном состоянии Польши, весьма легко завоевать Подолиию, необходимую для обеспечения турецких границ. Порта, счастливо кончившая камдийский поход и заключившая мир с Венецией, была очень рада привести в исполнение давнишнее и постоянное свое желание - приобрести Подолию.
3 октября 1671 года султан обьявил Польше войну, под предлогом воспрепятствования королю отнять у Дарошенка ту область Украины, которая якобы состоит под покровительством Турции. Поляки, упоенные своими последними успехами, не только не обратили должного внимания на угрозу сильного соседа, но даже, не ожидая развязки дела, по свойственной им самонадеянности и хвастливости, выбили медаль, представляющую Турка, поражаемого женщиной, метающей молнии, с подпись:"soli vicinior in te fulmino", т.е. стоя ближе к солнцу, поражаю тебя молнией. Между тем сильная турецкая армия быстро двигалась к границам Польши. Скоро весть об этом достигла Варшавы и испуганное министерство слишком поздно начало принимать необходимые к защите города меры. Созван был сейм, на котором король Михаил удостоверился только, что он потерял всякое доверие членов. Величайшее несогласие царствовало между первейшими особами государства. Войска собирались медленно. Каменец, на который главнейшим образом наравлены были силы Турок, и который, как первый страж государства, требовал наибольшего внимания и попечения, весьма плохо приготовился к принятию неприятеля. По причине существовавшей тогда в Польше неурядицы, каменецкие жители не приняли, в исходе минувшего года, в стены города двух полков пехоты, которыми гетьман Собиеский настоятельно хотел усилить гарнизон крепости. Даже полк бискупа краковского впущен в город с тем лиш условием, чтобы полковник за все припасм платил наличной монетой. Когда неприятель приблизился уже к Днестру, тогда только было отпущено 20.000 злотых на закупку припасов для продовольствия гарнизона и начались кой-какие исправления укреплений. Но все это делалось с поспешностью, и потому как попало; между тем 4 августа 1672 гада турецкая армия безпрепятственно переправилась через Днестр у Хотина.
Крымский хам и Дорошенко присоединились к султану, который двинулся к Каменцу с стопетидесятитысячною армиею.
Осажденные, при виде столь многочисленной армии и имея скудость собственных средств к обороне, в первые же дни упали духом. Султан, лично командовавший армиею, не терял времени, обложил город и начал быстро вести подступы, которые в течении пяти дней были уже кончены. В восьмой день осады был взят приступом главный бастион, на котором и воздружено турецкое знамя. Город же и крепость непрестанно обстреливали двести орудий. Испуганные жители послали парламентера, который хотя и был принят и помещен на квартире, в обозе у Чауши-Паши, но Турки не переставали бросать в город бомбы и гранаты и вести мины под внешние окопы, которые вскоре и взлетели на воздух. Тогда осажденные, не находя возможности далее защищаться и не надеясь на скорую помощь извне от войск короля, которыми командовал Собиеский, поднмяли на шпицы замка белое знамя,, как знак покорности. Это было 18 августа 1б72 года.
Командовавший гарнизоном Немец, считая рановременную сдачу города, без предварительного его на то согласив - последствием трусости и измены Жидов и Поляков, и не желая перенести это безчестие, велел зажечь весь оставшийся в крепости порох, при взрыве которого погиб сам и часть гарнизона. Этот геройский поступок иноземца, заплатившего своей жизнью за срам природных жителем, едва не подверг Каменец окончательному раззорению, ибо разгневанный султаи счел взрыв нарушением капитуляции, но представительство великого визиря отклонило это новое несчастие.
Каменец отдан Туркам с условием, чтобы сохранены были вообще богослужение, жизнь и имущество дворян и недворян; чтобы предоставлено было войскам вынести орудия меньших размеров, чтобы желлающие выехать из города могли получить все свое имущество, для подьема которого Турки обязаны дать потребное число подвод; остающимся же в городе не должно быть делаемо никаких препятствий в пользовании собственностью и, наконец, дома дворян и духовенства не были назначены под постой турецких солдат.
На этом условии немедленно последовал вывод обезоруженного польского гарнизона и некоторой части жителей под конвоем 4 тысячи Турок, коими начальствовал алепский паша.
Вслед за выходом гарнизона и по принятии от коменданта крепости ключей, султан Магомет IV торжественно вступил в город. Впереди отряда ехали беглербеи и паши, Султан сидел на быстром коне, одетый в зеленый плащ, обшитый серебряными галунами. Его окружала густая толпа пехоты, вооруженной пиками. Верхом на коне, подобно Магомету II, вьехал он в католический кафедральный костел для принесения молитвы за победу. За ним паши внесли знамя с изображением времени взятия Каменца, а мулла вел пойманого на базаре восьмилетнего христианского мальчика, над коим, по обряду мусульманскому, для освящения костела, превращенного с той минуты в турецкую мечеть, был совершен обряд обрезания. Вот все, что сохранили нам современные летописцы о торжественном вступлении Магомета IV в Каменец.
По занятии города, султан не счел нужным свято соблюдать условия капитуляции. Скоро участи кафедрального собора подверглись и многие другие церкви и костелы. Только четыре из них, а втом числе и один армянский костел, оставлены для христиан. В иезуитском коллегиуме, равно в костеле св. Екатерины были устроены конюшни. Доминиканский костел обращен в казармы для янычар, коих было размещено в городе около 15 тысяч, впоследствии, однакож, в нем была устроена мечеть и поставлена каменная кафедра, и поныне существующая. Другие церкви и публичные здания получили подобное же назначение; некоторые же из них совершенно разрушены и материал употреблен для исправления крепости и устройства моста. Варвары ничего не пощадили: кресты, украшавшие храмы божии, заменены металлическими знаками луны, колокола сняты, святые иконы и надгробные плиты употреблены для мощения грязных улиц города, тела многих прежде почивших лиц, погебенные при церквах и костелах, или вывезены за город, или выброшены из гробов на поругание черни; словом, почти все, что составляло святыню города, подверглось или поруганию или разрушению.
Вскоре по занятии Каменца, другие города и селения Подолии испытали туже горькую участь. Турки и Татары везде пребывание свое ознаменовали опустошением и раззорением. Несчастные жители при одном известии о приближении к жилищам их этих варваров, бросали свои пожитки, угоняли скот, а сами укрывались в леса. и расщелинах гор; но лютость врагов христианства преследовала несчастных и в этих мрачных убежищах, нередко превращая их в гробы целых деревень.
Милях в двух от Каменца, близ с. Залучье, в имении помещика Крыжановского, существует и ныне, в обрыве гор, обрамливающих Смотрич, длинный ряд небольших пещер, едва удобных для помещения, стоя или сидя, от 5 до 14 человек, в которых, как говорит предание, погибло, от зверской лютости Турок, почти все население Негина и Залучья. Это было так: несколько дней уже бедные жители названных нами селений укрывались в пещерах, которые хотя и соединяются одна с другой, но снабжены природой одним общих выходом. Небольшое количество сьетных припасов, преимущественно хлеба и кореньев, которые они могли взять с собой, было почти съедено, а вода вся израсходовалась, а потому, на рассвете следующего дня; была выслана ими за водой, к протекающему у подножия скалы Смотричу, одна молодая девица; вместе с девушкой выбежала из пещеры и любимая ее собачка. Пока девушка зачерпывала воду, собаченка, обрадовавшись, что вышла на свободу, с громким лаем и веселыми прыжками, побежала вдоль берега по направлению к опустевшему Залучью, сбивая с листьев растений крупные капли росы утреннней и обозначая таким образом путь свой полосой измятом травы. Не успела еще бедная девушка вползти в свое мрачно жилище с кувшином холодной воды, не успела она утолить благотворной влагой жажду родных и друзей, как Турок, пасший недалеко на горе лошадей, услышав лай собаки и попав на след ее, явился у входа в пещеру. Открыв таким случаем убежище Негинцев и Залучан, Турок известил о том своих кровожадных товарищей и, забив при помощи их устье пещеры соломою, зажег ее. Скоро густом едкий дым наполнил все многочисленные извилины пещеры. Внутри ее раздался пронзительный крик задыхавшихся от дыма людей; извне отвечал ему сатанинский смех варваров, но вот крик и смех радости, мольбы и вопли отчаяния мало по малу стали замирать, как бы теряясь в отдалении, а наконец смолкли навеки. Прошло около двух сот лет, кости невинных мучеников все еще мирно лежат под мрачными сводами пещеры. Ежегодно православные и католические служители алтаря совершают молитву, каждодневно прохожий, завидя стоящий у входа пещеры красный крест, возсылает к Судье Правосудному свою грешную молитву о спасении душ, пострадавших за веру. А где же прах тех варваров, которые без всякой нужды совершили это ужасное убийство ? Где он ? Быть может ветер развеял его по степям Украины ! Быть может псы и враны разнесли его по горам и дебрям ! Но где бы ни скрыли они свои бренные остатки, хотя бы в золотых гробах, история и потомство отвсюду шлют им проклятия (30).
Взятие Каменца грустно отозвалось в сердцах Польши и Литвы. Уязвив самолюбие Поляков, оно, было, по словам г-жи Минморанси причиной преждевременной кончины злополучного короля Иоанна Казимира. Толки же о здаче города, по случаю измены, заставили в 1673 году польское правительство назначить следствие для открытия виновных, но история не предает нам - какой успех имели эти розыскания . Напрасно
_________________________
(30) Креме сообщенного нами предения, имеющего быть дестоверным, историческое основание, о Залучских пещерах в народе еще много других темных рассказов. Говорят, например, что пещеры эпи тянутся на продолжении 10 и даже 14 верст,в доказательство чего приводят то, что когда, лет 50 тому назад, разложен был в первой пещере большой огонь, то дым показался в с.Негин, находящемся в 3 вер. от пещеры, и в с. Вербке, отстоящем на 6 верст. Однакоже никто не проникая в пещеры не только на такое большое расстояние, но даже и на версту, и хотя говорят, что какой-то крестьянин из С.3алучье проходил, тащя за собою веревку, чтобы при беспрестанных поворотах не сбиться с пути, более 150 сажен, но по причине будто бы сильного холода, обратился назад, то это также подлежит сомнению, хотя несомненно, как я лично в том убедился, что каждая пещера имеет по одному или по нескольку сообщений с другими, что температура их ниже температуры атмосферы наружной, и что, наконец все они наполнены совершенно чистым воздухом.
_________________________
король Михаил искал помощи у папы и других государей Европы. Никто не помог ему, и бесславным Бучацким трактатом гордая Польша обязалась ежегодно платить Туркам по 22.00 червоных и, кроме того, уступила им Подолию с Каменцем, а козакам всю Украину.
Двадцать семь лет владычествовали Турки в Каменце, с варварской ревностью искореняя все не магометанское. История не сохранила нам сведений об образе жизни в Каменце христиан того времени, но нет причин думать; чтобы они наслаждались спокойствием.
На другой день по кончине короля Михаила, именно 11 ноября 1673 года, в день св. Мартина, Собеский разбил у Хотина 80.000 Турок и Татар; сам сераскир Гуссейн-Паша едва спасся бегством. Хотин достался Польше, но Каменец, усиленный остатками разбитой турецкой армии и благовременио снабженный всякого рода запасами, устоял. Эта знаменитая победа открыла Собескому путь к престолу. Между тем, пока шло избрание короля, султан Магомет IV вновь занял Хотин.
1687 год также не был счастливее, хотя союз Польши с Россией подавал более надежды на успех. Предположено было, чтобы Поляки осадили Каменец в то самое время, когда Русские пойдут в Крым. Одиакож, как крымский поход князя Василия Голицына, так и осада Каменца королевичем Iаковом были равно безуспешны. Раздраженный неудачей, король обвинил коронных гетманов в недоброжелательстве их к королевичу, говоря, что будто бы они старались, чтобы сын его Iаков не взял Каменца.
19 августа 1689 года великий коронный гетман хотел было, нечаянным нападением, вырвать Каменец из рук Турок, но когда приступ не удался, он повел правильную осаду города; однакож, по недостатку припасов и из опасения, чтобы Турки не поспели на помощь осажденным, отступил.
6 октября 1694 года польское войско одержало блистательную победу над Татарами, которые конвоировали съестные припасы, назначенные для снабжения Каменца. 5.000 возов с провиантом досталось в руки победителям; но город все же не был взят, что произошло частью от недостатка дисциплины в войске, неполучавшем за службу свою жалованья.
Король Август II обязался, при восшествии на престол, между прочим, возвратить короне Каменец-Подольский, употребив для того собственное свое саксонское войско. В сентябре 1698 года, он действительно послал для осады Каменца, в пособие войскам коронному и литовскому, 20.000 Саксонцев; но Татары, желая предупредить атаку, в числе 6.000, сами напали на часть польских войск, стоявших при Подгайцах, под командой Счасного Потоцкого, и хотя были разбиты и принуждены даже сжечь собственную добычу, но, возвратясь в Каменец, усилили гарнизон его и не допустили Поляков взять Город силой оружия.
Наконец, 26 января 1699 года, содействием императора Петра Великого и других европейских государств, познанский воевода Станислав Малаховский заключил с Турками в Карловичах мир, по которому оба, так долго враждовавшие государства, вошли в то положение, в котором были они до короля Михаила. По силе Карловицкого трактата, Каменец возвращен Польше, но вторжение Татар в пределы государства, последовавшее во время медлившегося, по проискам венецианского посла, подписа мира, удалило исполнение этого давно жданного события до 22 сентября тогоже года. В этот день, к неописанной радости жителей и целого государства, Турки выступили из города, взяв с собою, кроме огромных запасав амуниции, 800 пушек. В память же освобождения города от варваров выбита медаль, несколько экземпляров которой еще не так давно найдено в самом городе, при вынутии земли под фундаменты домов(31). На лицевой стороне этой медали изображен портрет Августа II, с надписью вокруг: August Poloniarum Rex, Saxoniae dux et elector; внизу мелким шрифтом 1699 год; на обороте предоставлена крепость на скале, пред нею стоит на коленях женщина, венчанная короной; одной рукой она держит щит с головой медузы, а другой указывает на
_________________________
(31) См. Подольские губернские ведомости 1633 года № 37, статья Василия Шевича, "о монетах и медалях, находимых в земле, в кам.подольской губернии".
_________________________
крепость. Под изображением написано: Сaminiec in Podolia; сверху его: gloriose recuperatum Die 22 Septembris; на поле медали: 1699 а.., а на ободке: Divino annuete numine ex vola non inigno non inusto et feliciter, т.е. Каменец-Подольский, 22 сентября 1699 года помощию божией, справедливыми желанием и правом благополучно со славою возвращен.
По возвращении Каменца Польше, короли ее, желая, по-возможности вознаградить жителей за понесенные ими во время войны и долгой неволи оскорбления и убытки, подтвердить все прежние права и привилегии, дали им и другие преимущества. Так в 1703 году Август II, даровав Каменцу права свободного избрания членов магистрата, предоставил этому учреждению власть суда по всем гражданским и уголовным делам, с апелляцией на решение его лишь в королевский суд.
Август II, а 1732 году и Станислав Август IV в 1764 году также подтвердил все данные Каменцу предшественниками их права и преимущества. При последнем же короле, а 1784 году, учреждена была особая коммисия для составления проекта лучшего управления городом. Последствием трехлетних занятий этой коммиссии было устройство общего магистрата для всех трех народов, в Каменце живших. Членам этого суда ежегодно отпускалось 1200 злотых и предоставлено носить особой формы черную одежду, которую не могли употреблять другие жители города. Для председательства в магистрате ежегодно избиралось по два бургомистра и по одному войту. Порядок этот сохранился до присоединения Каменца к России.
Жиды, так усердно помогавшие Туркам, Татарам, Полякам и униатам в очередном угнетении народа православного, немедленно, по освобождении Каменца, были выгнаны из него; однакож, по свойственной им настойчивости в преследовании своих интересов, вскоре вновь мало по малу вошли в город и захватили торговлю его в свои руки. А потому в 1780 году состоялось коммиссарское решение, которым постановлено: удалить Евреев из города в течении 24 часов, с тем, что если кто из них добровольно не выйдет в этот срок, то будет лишен имения и заключен в тюрьму. Дома же их велено взять в пользу города, а школу разрушить. Казалось бы, что после столь строгого и определительного решения, Евреи навсегда оставят Каменец; однакож этого не случилось и не взирая на то, что постановление коммиссаров никогда отменяемо не было, Евреи остались в городе до последнего дня нахождения его под властию Польши (32).
Возвращение Каменца и Подолии Польше не принесло этому несчастному краю давно желанного спокойствия и не водворило в нем порядка и тишины. Польские магнаты, вступив в прежние права свои, следуя тайным внушениям иезуитов, начали еще с большим ожесточением преследовать православие и народность русскую. Это пробудило затихшую на время ненависть угнетенного народа, на защиту которого явились грозные гайдамаки, потопившие свое многолетнее страдание в реках крови Поляков, униатов и жидов (33). Устраненные подвигами гайдамаков, польские паны, собрались 17 сентября 1750 года в Брацлаве, для общего обсуждения мер, на защиту Брацлавского воеводства, и определили созвать народную милицию и начальство на ней поручили князю Михаилу Святополку Четвертинскому (34); но и эта отчаянная мера не принесла ожидаемой пользы.Скоро имена Гонты,Железняка получили громкую
(32) Да и после присоединения Каменца к России, жиды не взирая на высочайшие уколы 31 января и 20 июня 1633 года и 17 июля 1834 года об удалении их из города, сумели, благодаря снисходительности местных властей, удержаться в нем под разными предлогами до 1834 года, когда, наконец, последовало разрешение селиться им в Каменце. С этой поры они составляют главное населние города. Торговля перешла в их руки; цены на все жизненные припасы увеличились; теснота и зловоние стали отличительной чертой Каменца. Звонкая монета почти исчезла из обращения.
(33) Память об истреблении, в ту по истине несчастную годину, жидов сохранилась в молитвах их и доныне читаемых в синагогах 17\29 мая. Вот две из них в русском переводе:
" Господи всемилосердый, сущий в небесах! Прими души мучеников, дай нам насладиться миром хотя после смерти! Это души праведных, учителей и пастырей твоего избранного народа."
"И вот они теперь закланы как стадо зверей бессловесных; орда проклятых нападает на них, завладевает ими и доставляет их испить всю чашу злополучия."
"Сердца наши раздрались от горести, узнав, что в эти несчастные дни, в эти злопамятные ночи погибли от меча убийцы величайшие из наших книжников, толкователей священного закона."
" Те, которые день и ночь изучали священный завет твой, пролили ручья своей крови, множество учащегося юношества и детей пало от ударов истребителей. Их стяжания сделались добычею пламени."
"Глава учителей (равинов), мудрый Эхиеяь пал, простирая руки свои с молитвою к единому Богу; меч поразил главу его и его проведная душа отлетела к Всевышнему."
"Преклонные летами старцы, младенцы у грудей матерей своих, напрасными воплями наполняли воздух."
"Господь отметит за неправду! Священная книга (Библия), божественный закон, осквернены руками нечестивых; о нет! они попраны и их ногами!
"Где наш Бог? говорили это варвары, эти страшилища: -"Пусть защитит он вас". О Господи! взгляни на нас горе и все несчастные рассеятся и падут как плевела из колосьев."
"О заповеди! о святой завет (Библия)! прикройтеся рубищем, посыпите главу вашу пеплом! Кто теперь будет читать вас, кто вас истолкует нам?"
"Излей, милосердный Отче, твои милости на этих мучеников, да приютятся они под сению твоих крыльев и да насладятся миром, хотя бы после смерти! Аминь".
Другая еврейская молитва о том же предмете.
" Господи милосердный! сущий в небесах, успокой души мучеников Немирова, Бердичева, Погребищ, Тульчина, Пулини, Бара, Умани, Красного и 300 других городов Русси (чермной), Украины, Подолии, Литвы и Волыни. Эти несчастные жертвы были великие учителя (равви), писатели, просвещенные служители Божества, отличные проповедники, посвятившие свою жизнь изучению закона. Раввины: Эхиель Михель, сын Элиазара, Хаим, сын Авраама, Соломон, сын Самуила Исаак и Эмазар, сыновья Экизеля, Азримь, сын Якоба, Моисей, сын Ионафана, а также раввины Лазарь, Яков, Самсон и другие благородные мужи погибли! Мужчины, жены, девицы, младенцы, все были умерщвлены. Их кровь текла ручьями в шом злосчастном 5.409(1648 от Р.Х.) году. Эти мученники не хотели изменить своему закону: "Бог есть один"! восклицали они и пали под ножами убийц. Разбойники не пощадили ни пола, ни возраста. Земля была усеяна убиенными; их кровь дымилась как фимиам перед алтарем Всемогущего !"
"О Господи милосердый! упокой души мучеников сих, награди их за их испытанные добродетели!".
(34) Предлагаем вниманию читателей, любопытный Laudum boni ordinis Брацлавского воеводства, 17 сентября 1750 года,заим- ствованный нами из: прекрасного сочинения А.Сокальского: "Наезды Гайдамак на Западную Украину".
Laudum boni ordinis Брацлавского воеводства 17 сентября 1750 года:
"Мы члены палаты ( депутаты и сенаторы ) государственные сановники, чиновники земские, градские ( полицейские ) и всё рыцарство ( дворянство } воеводства Броцлавского, возблагодарив бога всемогущего, за то, нам в столь злополучное время по причине разорения, чинимых в крае нашем гайдамаками, позволил безопасно собраться и согласно uno labio, избрать высокородных господ депутатов главного коронного трибунала, для представления Королю Его Милости, примасу великому гетману и др., что воеводство наше Брацлавское in cofinio российской, татарской и водосской границ, лежащее представляет теперь из себя печальный опыт, что среди всеобщего мира, beata tranquillitate sue qau dere не может, ибо своевольные пограничные (т.е. запорожские) ватаги, уже furtivo transitu, по большими дорогами violente et aperte Marte, dimicando на земле воеводства нашего, tumultuare наезды делают. Их неукротимое неистовство, стремясь от in depopulationem нашего края, in praedium et favillat городов, сел, замков и дворов помещичьих, монастырей и храмов utriusque ritus, к жестокому избиению людей utrlusque sexus, светского и духовного чина, которых кровь невинно пролита, вопиет о мщении:-свидетельствует, что они о конечном истреблении нашем помышляют. Обращая внимание на это несчастное угнетение страны нашей, поездами своевольных гайдамак, несколько лет уже продолжающееся, так что нетолько в домах наших пребывать, но даже государственной службы исполнять не может, не говоря уже о беспрестанно угрожающей нам потере имений, здоровья и жизни. Зная также, что всякий имеет природное право думать о своей защите, мы пожелали ad normam других коронных воеводств, учредить у себя свою внутреннюю милицию. Вследствие сего, со всеобщего всех вас согласия, на защиту воеводствa нашего, определили и полагаем: учредить ландмилицию (земское войско), обязываясь, amore boni publici, со всех имений наших королевских (староств), земских, дворянских и духовных, в воеводстве нашем находящихся, со всяких 120 изб: oседлых, тяглых или пеших, крестьянских, свободных (gracialskich), и чиншевых (оброчных), и Филипонских (русскиx раскольников ) с тою только разницею, что одна из раскольничьих изб за 2 простых считаться будет,- давать по одному солдату из людей знающих уже военную службу, хорошего поведения, здоровых и к слгужбе годных. Мундир одного должен быть: катанка ( т.е. сюртучок ) и шаровары зелёного цвета, на доброй лошади не менее 100 зл. стоющей, с хорошим кожаным седлом, с ружьём, пикою, бердышем, с запасом пуль и пороху на всю кампанию". - Милиция ежегодно 2 апреля должна было собираться для службы. Она подлежила военному суду своих ротмистров, или отрядных командиров; сии последние обязывались содержать на свои счет других офицеров, т.е. поручиков и хорунжих, и сделать знамя с гербом воеводства. Фураж и провиант доставлялся от земства по определенной пропорции. Главным командиром всей ландмилиция избран князь Михаил Святополк Четвертинский, подкоморий брацлавский.
(35) Не только Поляки, но жиды и даже самые гайдамаки скрывали в это время свои сокровища. Много из них уже найдено, но еще более лежит в земле. В интересной рукописи о кладах, изданной в 1857 г. в Киеве Н. Сементовским, собраны об этом любопытные сведения.
известность не только в Подолии но и во всей Украине. При одной вести о приближении гайдамаков под командой этих вождей восставшего народа,города и села приходили в ужас. Участь Немирова, Бара, Балты, Погребищ, Тульчина, Пулин, Бердичева, Умани и многих гдругих городов приводила в страх даже укрепленный Каменец. Католики повсеместно начали готовится к смерти; поспешно укрывая в землю свои драгоценности (35). Жиды ежедневно молились в своих школах об избавлении их от тиранства гайдамаков. Бог знает, чем бы кончилась эта страшная резня, если бы войска русские, после безпримериой жестокости Гонты и Железняка в Умани, не приняли в 1768 году деятельного участия в поимке и уничтожении отчаянной шайки гайдамаков. Гонта, Железняк и множество казаков было захвачено Донцами и предано в руки правосудия. Железняк и другие его соотечественники, как подданные России, были отправлены в Москву, где наказаны кнутом и розгами и сосланы в Сибирь. С Гонты Поляки в с. Сербахе (близ Могилева) содрали кожу, отрубили ему руки и ноги, вырвали сердце, а после еще четвертовали. Другим гайдамакам рубили головы, вешали, или лишали ноги и руки, наконец двести человек было повешено в Каменце и Львове. Этим мрачным событием кончились народные восстания в Подолии и Украине. Но истощенная продолжительными войнами и обес- силенная своеволием магнатов, Польша быстро приближалась к концу своего политического быта и после троекратного разделения ее между Россией, Австрией и Пруссией, в 1795 году, в числе 332 городов, местечек и 1322 сел с 1.176.590 жителями, присоединен к Росии и Каменец-Подольский, почти пятьсот лет находившийся под переменным игом и владычеством Литвы, Татар, Поляков и Турок.
С этой поры история Каменца тесно связана с историей целого Государства, но еще слишком рано разворачивать страницы ее, а потому оставим это на долю безпристрастного потомства.

ДОБАВЛЕНИЕ.

В то время, когда настоящее мое сочинение было уже совершенно окончено, и я готовился к поездке в С.-Петербург, где намеревался издать его, счастливый случай свел меня с одним из просвещённейших и любознательнейших старожилов Каменца, Михаилом Ильичём Вощининым, долгое время бывшим директором здешней гимназии. Мы разговорились, речь зашла о Каменце, потом о моем сочинении, и почтеннейший Михаил Ильич, сочувствуя всякому разумному предприятию, рассказав откровенно неприятную историю с принадлежащим ему подлинным, современным владычеству Турок планом Каменца, как-то странно пропавшим у бывшего гражданского губернатора подольской губернии Петрова, вызвался сообщить мне по крайней мере сохранившийся у него перевод бывшей на плане латинской надписи. На другое же утро он обязательно исполнил свое обещание и тем самым дал мне возможность с одной стороны пояснить некоторые темные места моего сочинения, а с другой - передать потомству драгоценный для истории края и православия документ.
Вот текст его, передаваемый слово в слово: "Каменец город подольский, стоящий на высокой и со всех сторон открытой скале, образовавшейся удивительным искусством природы на подобие горы, отделенный глубокою, но приятною долиною и рекою, и окруженный отвеюду неприступными утесами, построен Константином и Георгием Кориатовичами, князьями подольскими, почти за 300 лет. По смерти же сих князей, он присоединен к Царству Польскому. С самого начала его населяли природные Русские, потом начали селиться Поляки, Немцы и, наконец, Армяне. Такое разнообразие в правах и языке жителей поселило в князьях недоверчивость, и они опасаясь, чтобы жители, полагаясь на природное укрепление города, не взбунтовались, построили, на противоположной стороне оного, в предосторожность от очевидной опасности, два замка - старый и новый. Но эти замки, не имевши достаточного гарнизона, не могли противостоять силе Турок, и таким образом, вместе с городом, подпали под их власть,что случилось августа 29 дня 1672 года."

Гравюра 1672 року (222 К)

Обьяснение знаков.

А. Замок новый, В. замок старый, С. укрепление, D. ворота польские, E. ворота русские, F. ратуша и рынок польский, G. ратуша и рынок армянский, Н. костел кафедральный св. апост.Петра и Павла, а ныне мечеть султана, в которую имел торжественный вход 3-го сентября, К. костел св. Николая, при коем был монастырь от-цов проповедников, а ныне мечеть султана, L. монастырь отцов фраицисканов, М. коллегия отцов изуитов, а ныне конюшня султанская, N. монастырь отцов кармелитов босых, О. костел св. Екатерины с больницею, а ныне конюшня, Р. костел св. Михаила архангела с монастырем св. Доминика, а ныне redinatory янычар, содеpжащих караул при русских воротах, Q. больница св. Iосary, R. церковь св. апоcт. Петра и Павла, первоначально русская, а ныне отданная католикам для отправления их богослужения, S. костел св. Станислава в старом замке, в ныне мечеть. - Церкви армянские: первая св. Николая под буквою S, вторая - преблаженной Девы Марии под буквою Т; под буквою V. каменная, уступленная для отправления богослужения Армянам; X. церковь русская Пресвятыя Троицы - ныне мечеть Мусагон-Босcе, тайного секретаря cултанова; U. церковь русская св. Ioанна, ныне мечеть верховного визиря; Z. церковь русская Вознесения Господня. 2) Церковь русская cв/ Николая; 3) церковь русская прeблагослоненной Марии Девы, 4) церковь русская св. Михаила архангела, 5) церковь русская во имя Спасителя в долине, 6) церковь русская св. Онуфрия в долине, 7) церковь русская Рождества Господня в долине, 8) церковь русская св. Креста на Карвасарах, 9) сгоревшая церковь св. N, а ныне только замок, 10) мельница польская, 11) мельница русская, 12) мельница армянская, 13) мельница для делания пороху, попросту пороховня, 14) brafatoria, 15) баня, 16) башня огромной величины короля Стефана. называемая сrеnarium, 17) башня на угле старого замка, разрушенная Турками подложенным порохом и вскоре после возобновленная, 18) остатки башни, разрушенной от пороха в ней хранившегося и нечаянно зажженного (продавцами овощей, жившими в старом замке) во время грабежа (или расхищения овощей, бывшем в старом замке). При этом случае погибло народа и солдат более шестисот человек. Это случилось накануне вторжения Турок, на закате солнца. 20) Самая высокая возвышенность крутизны скалы, окружающей гору, на которой построен город. 21) Крутизна противоположной скалы, возвышающейся над долиною и окружающей город от одних ворот до других. 22) Обрывы в скале, исправленные искусством. 23) Мост, соединяющий город с старым замком. 24) Канал под крепостным мостом, соединяющий реку с обоих концов. 25) Вход Турок в канал нового замка, в простонародии contrascepu названный. 26) Признаки (или следы) вырытых Турками подземельев.
Внизу написано стихами посвящение этого плана епископу краковскому.

"Жителям Каменца угрожала величайшая опасность,
Приходить на стражу требицкий лебедь,
Укрепляет стены своими первосвященными знаменами,
И божественное дело защищается священною войною;
О если бы все были так храбры,
То Каменец не страдал бы в неволе!

Пресветлейшему, великому и достопочтеннейшему господину Андрею Трежбицкому, по благодати божией и апостольского престола, епископу краковскому, герцогу селизбургскому, великому господину и почтеннейшему благодетелю.
Киприант Томашевич CCDDD нижайший составил сие с привилегиею S. L. М. в XVI лет".
Документом этим частью обнаруживаются, а частью доказываются следующие события:
1) Что первыми поселенцами Каменца были природные Русские, потом же начали селиться Поляки, за ними Немцы и, наконец, Армяне. Если же в настоящее время Немцев в город, кроме разумеется недавно поселившихся, и нет, и если в привилегиях королей также ничего не говорится о жителях этой нации, то это, без сомнения, или потому, что, по малочисленности Немцев, они не могли составлять особого народа, и следовательно нуждаться в особом устройстве правления, или, что еще вернее, что они, как католики, пользовались правами, данными Полякам.
2) Князья Кориатовичи построили замок не для защиты от внешних неприятелей, а для безопасности от собственных подданных.
3) Название ворот одних польскими, а других русскими есть очень древнее и происходит от мест нахождения их в частях города, заселенных жителями той или другой нации, а не потому, как обьясняет народ, что при взятии Каменца Русскими, в одни из них вступили наши победоносные войска, а в другие бежали Поляки (см. выше гл.1).
4) Что православных церквей было не только гораздо больше чем ныне, но больше чем костелов и кляшторов католических, чем самым опровергается нелепая мысль некоторых, слепо преданных католицизму, полуграмотных патриотов, что будто Каменец издавна и по-преимуществу был городом католичиским, и что будто бы главное по числу народонаселение его составляли Поляки, а не Русские. Подтверждается также, что Армяне каменецкие исповедывали прежде греческую веру, а не латинскую, и нынешний каменный костел их был храмом православным, потому и драгоценейшая святыня его - образ Матери Божией, есть прямое духовное наследие не совратившихся в католицизм и забывших веру отцов своих - Армян, а православных Русских.
5) Что в Каменце было два замка и при них пороховой завод.
6) Что взрыв одной из башен старого замка, случившийся накануне вступления Турок в Каменец, произошел не вследствии геройского самоотвержения, как рассказывают польские историки, какого-то Немца, командовавшего гарнизоном, а от неосторожности продавцов овощей и, наконец,
7) Что Турки действительно вырыли, или точнее сказать вырубили в скалах много подземелий, о которых и доселе сохранилось в народе много рассказов, столь же мрачных и запутанных, как и подземелья эти.

А.СЕМЕНТОВСКИЙ.

ДОБАВЛЕНИЕ.

В то время, когда настоящее мое сочинение было уже совершенно окончено, и я готовился к поездке в С.-Петербург, где намеревался издать его, счастливый случай свел меня с одним из просвещённейших и любознательнейших старожилов Каменца, Михаилом Ильичём Вощининым, долгое время бывшим директором здешней гимназии. Мы разговорились, речь зашла о Каменце, потом о моем сочинении, и почтеннейший Михаил Ильич, сочувствуя всякому разумному предприятию, рассказав откровенно неприятную историю с принадлежащим ему подлинным, современным владычеству Турок планом Каменца, как-то странно пропавшим у бывшего гражданского губернатора подольской губернии Петрова, вызвался сообщить мне по крайней мере сохранившийся у него перевод бывшей на плане латинской надписи. На другое же утро он обязательно исполнил свое обещание и тем самым дал мне возможность с одной стороны пояснить некоторые темные места моего сочинения, а с другой - передать потомству драгоценный для истории края и православия документ.
Вот текст его, передаваемый слово в слово: "Каменец город подольский, стоящий на высокой и со всех сторон открытой скале, образовавшейся удивительным искусством природы на подобие горы, отделенный глубокою, но приятною долиною и рекою, и окруженный отвеюду неприступными утесами, построен Константином и Георгием Кориатовичами, князьями подольскими, почти за 300 лет. По смерти же сих князей, он присоединен к Царству Польскому. С самого начала его населяли природные Русские, потом начали селиться Поляки, Немцы и, наконец, Армяне. Такое разнообразие в правах и языке жителей поселило в князьях недоверчивость, и они опасаясь, чтобы жители, полагаясь на природное укрепление города, не взбунтовались, построили, на противоположной стороне оного, в предосторожность от очевидной опасности, два замка - старый и новый. Но эти замки, не имевши достаточного гарнизона, не могли противостоять силе Турок, и таким образом, вместе с городом, подпали под их власть,что случилось августа 29 дня 1672 года."

Гравюра 1672 року (222 К)

Обьяснение знаков.

А. Замок новый, В. замок старый, С. укрепление, D. ворота польские, E. ворота русские, F. ратуша и рынок польский, G. ратуша и рынок армянский, Н. костел кафедральный св. апост.Петра и Павла, а ныне мечеть султана, в которую имел торжественный вход 3-го сентября, К. костел св. Николая, при коем был монастырь от-цов проповедников, а ныне мечеть султана, L. монастырь отцов фраицисканов, М. коллегия отцов изуитов, а ныне конюшня султанская, N. монастырь отцов кармелитов босых, О. костел св. Екатерины с больницею, а ныне конюшня, Р. костел св. Михаила архангела с монастырем св. Доминика, а ныне redinatory янычар, содеpжащих караул при русских воротах, Q. больница св. Iосary, R. церковь св. апоcт. Петра и Павла, первоначально русская, а ныне отданная католикам для отправления их богослужения, S. костел св. Станислава в старом замке, в ныне мечеть. - Церкви армянские: первая св. Николая под буквою S, вторая - преблаженной Девы Марии под буквою Т; под буквою V. каменная, уступленная для отправления богослужения Армянам; X. церковь русская Пресвятыя Троицы - ныне мечеть Мусагон-Босcе, тайного секретаря cултанова; U. церковь русская св. Ioанна, ныне мечеть верховного визиря; Z. церковь русская Вознесения Господня. 2) Церковь русская cв/ Николая; 3) церковь русская прeблагослоненной Марии Девы, 4) церковь русская св. Михаила архангела, 5) церковь русская во имя Спасителя в долине, 6) церковь русская св. Онуфрия в долине, 7) церковь русская Рождества Господня в долине, 8) церковь русская св. Креста на Карвасарах, 9) сгоревшая церковь св. N, а ныне только замок, 10) мельница польская, 11) мельница русская, 12) мельница армянская, 13) мельница для делания пороху, попросту пороховня, 14) brafatoria, 15) баня, 16) башня огромной величины короля Стефана. называемая сrеnarium, 17) башня на угле старого замка, разрушенная Турками подложенным порохом и вскоре после возобновленная, 18) остатки башни, разрушенной от пороха в ней хранившегося и нечаянно зажженного (продавцами овощей, жившими в старом замке) во время грабежа (или расхищения овощей, бывшем в старом замке). При этом случае погибло народа и солдат более шестисот человек. Это случилось накануне вторжения Турок, на закате солнца. 20) Самая высокая возвышенность крутизны скалы, окружающей гору, на которой построен город. 21) Крутизна противоположной скалы, возвышающейся над долиною и окружающей город от одних ворот до других. 22) Обрывы в скале, исправленные искусством. 23) Мост, соединяющий город с старым замком. 24) Канал под крепостным мостом, соединяющий реку с обоих концов. 25) Вход Турок в канал нового замка, в простонародии contrascepu названный. 26) Признаки (или следы) вырытых Турками подземельев.
Внизу написано стихами посвящение этого плана епископу краковскому.

"Жителям Каменца угрожала величайшая опасность,
Приходить на стражу требицкий лебедь,
Укрепляет стены своими первосвященными знаменами,
И божественное дело защищается священною войною;
О если бы все были так храбры,
То Каменец не страдал бы в неволе!

Пресветлейшему, великому и достопочтеннейшему господину Андрею Трежбицкому, по благодати божией и апостольского престола, епископу краковскому, герцогу селизбургскому, великому господину и почтеннейшему благодетелю.
Киприант Томашевич CCDDD нижайший составил сие с привилегиею S. L. М. в XVI лет".
Документом этим частью обнаруживаются, а частью доказываются следующие события:
1) Что первыми поселенцами Каменца были природные Русские, потом же начали селиться Поляки, за ними Немцы и, наконец, Армяне. Если же в настоящее время Немцев в город, кроме разумеется недавно поселившихся, и нет, и если в привилегиях королей также ничего не говорится о жителях этой нации, то это, без сомнения, или потому, что, по малочисленности Немцев, они не могли составлять особого народа, и следовательно нуждаться в особом устройстве правления, или, что еще вернее, что они, как католики, пользовались правами, данными Полякам.
2) Князья Кориатовичи построили замок не для защиты от внешних неприятелей, а для безопасности от собственных подданных.
3) Название ворот одних польскими, а других русскими есть очень древнее и происходит от мест нахождения их в частях города, заселенных жителями той или другой нации, а не потому, как обьясняет народ, что при взятии Каменца Русскими, в одни из них вступили наши победоносные войска, а в другие бежали Поляки (см. выше гл.1).
4) Что православных церквей было не только гораздо больше чем ныне, но больше чем костелов и кляшторов католических, чем самым опровергается нелепая мысль некоторых, слепо преданных католицизму, полуграмотных патриотов, что будто Каменец издавна и по-преимуществу был городом католичиским, и что будто бы главное по числу народонаселение его составляли Поляки, а не Русские. Подтверждается также, что Армяне каменецкие исповедывали прежде греческую веру, а не латинскую, и нынешний каменный костел их был храмом православным, потому и драгоценейшая святыня его - образ Матери Божией, есть прямое духовное наследие не совратившихся в католицизм и забывших веру отцов своих - Армян, а православных Русских.
5) Что в Каменце было два замка и при них пороховой завод.
6) Что взрыв одной из башен старого замка, случившийся накануне вступления Турок в Каменец, произошел не вследствии геройского самоотвержения, как рассказывают польские историки, какого-то Немца, командовавшего гарнизоном, а от неосторожности продавцов овощей и, наконец,
7) Что Турки действительно вырыли, или точнее сказать вырубили в скалах много подземелий, о которых и доселе сохранилось в народе много рассказов, столь же мрачных и запутанных, как и подземелья эти.

А.СЕМЕНТОВСКИЙ.